– Сергей, ты ошибаешься. Стас тут совершенно ни при чем, и неважно, что и когда он ко мне чувствовал.
– Не думаю. Вы ведь по-прежнему живете в одном доме, да, Настя? Мы с ним не очень ладим последние годы, наверняка ты в курсе.
– Нет. Я редко вижу Стаса.
Я стараюсь держаться отстраненно и собранно, но парень слишком внимательно смотрит, чтобы не заметить промелькнувшее в моих глазах отчаяние, измучившее меня в последние дни.
– Значит, несвободна, говоришь, – повторяет, закусывая губы, стирая с лица улыбку.
Делает паузу, не отрывая от меня острый взгляд. – Когда я узнал, что ты вернулась, я подумал было, что вы вместе. Спросил Маринку, но та разревелась и не захотела о тебе говорить. Дура. Сколько можно по Фролову страдать, ничему ее жизнь не учит. Такие, как он, никогда не останавливаются.
– А ты, значит, обещаешь хранить верность?
– Я обещаю внимание и защиту, а это немало.
– Да ну! – не могу я сдержать горькой усмешки. – От кого собираешься защищать, Сергей? Мы вроде как в цивилизованном обществе живем.
– От таких, как я, – ничуть не смущается парень. – Ты красивая девушка, Настя. Мимо таких не проходят. Я всегда знал, еще с той самой первой минуты, когда увидел тебя в доме Фроловых, что однажды захочу быть с тобой. Уверен, Стас тоже это почувствовал. Ты сделала нас врагами, как только переступила порог дома мачехи, девчонка в смешном пальто. И вот теперь ты снова вернулась.
– Прекрати, – я не верю своим ушам, что он все это говорит. – Что ты несешь?!
– Правду! Тебя не было пять лет, а мы так и не смогли примириться, а ведь когда-то были лучшими друзьями.
– Уверена, что причина вашей ссоры известна только вам, хотя мне очень жаль.
– А мне нет. К черту, Настя! Он не вылезает из мотогонок, для него девчонки и деньги всегда были важнее всего прочего. Не ты! Он никогда не изменится, Стас не умеет по-другому! Ты по-прежнему ему не интересна! Настя, на что надеешься? На нем же зарубки ставить негде!
– Хватит, Сергей! Перестань! Я не хочу это слушать!
– Не веришь, у Маринки моей спроси, как он умеет убеждать.
Она знает, она расскажет!
Блондин запрокидывает голову, чтобы перевести дыхание и продолжить:
– Стоило задаться вопросом: как бы я вел себя на его месте, если бы ты вновь оказалась рядом, а я что-то к тебе чувствовал. И ответ нашелся сам собой.
Сергей опускает подбородок, сужая взгляд. В этот момент его лицо так же отталкивающе-некрасиво, как сорвавшиеся с губ слова.
