Понятые, молодая парочка, которую удалось перехватить возле подъезда, испуганно жались у входной двери. Лена прошла по комнатам и с удивлением обнаружила полный порядок: никаких следов спешного отъезда, все шкафы закрыты, оставшиеся вещи в них аккуратно лежат на полках и висят на вешалках. Квартира в старой части города, обычная пятиэтажка, разве что ремонт сделан добротный да мебель и техника хоть и не ультрасовременные, но хороших марок.
– Тебе не кажется странным, что заместитель управляющего коммерческим банком живет, мягко говоря, как бюджетник средней руки? – спросил Андрей, тоже осматриваясь.
– Эта квартира досталась Матюшкиной от матери, насколько я понимаю. Может, она из сентиментальности не хотела ничего менять, ремонт только делала.
– А я вот думаю, что не делала она здесь ничего как раз потому, что собиралась уезжать.
– Это пока никак не доказано. И вообще – мы с чего вдруг решили, что она уехала? Ведь могло случиться что угодно.
– Намекаешь, что Матюшкину могли и того? – напрягся Андрей, и Лена кивнула:
– А почему нет? Тоже версия.
Кстати, тот же Крючков мог.
– Ой, да ладно! Он сам сказал: с понедельника не просыхает. Даже день вспомнить не мог.
– Это может быть всего лишь инсценировкой. Убил надоевшую любовницу, деньги перевел на другие счета, изобразил почти недельный запой – поди проверь.
– Не получается, – покачал головой Андрей. – Ты ведь слышала: он ясно сказал, что как любовница Соледад его устраивала во всех отношениях. И замуж, кстати, не хотела.
– И ты поверил? – усмехнулась Лена.
– Любая женщина хочет замуж. Процентов девяносто пять таких. Просто некоторые вынуждены «держать лицо» в сложившихся обстоятельствах. Ты просто представь, как унизительно для Соледад было ходить в любовницах у торговца цветами – при ее должности? При том, что все подруги давно имеют семьи? Она говорила то, что вынуждена была говорить, чтобы хоть в собственных глазах себя не потерять. И мы не знаем, как было на самом деле.
– Ты ведь рассказывала, что она сама тебе говорила о том, что не торопится замуж и иметь детей.
– Повторяю: сказать можно что угодно, особенно когда у тебя нет возможности изменить ситуацию. У Соледад, судя по всему, ее не было – Крючков разводиться не собирался. И мне кажется, что она давно продумала свой отъезд, а Крючкова наказала деньгами – уговорила продать бизнес, положить в банк деньги, потом сняла все и улетела, оставив его без средств.
– Версию об убийстве ты сама же сейчас и отмела, так?
– Не совсем.
