Вы нарушаете установленные правила госпитализации и выписки, вы пытались скрыть факт исчезновения пациентки – и теперь просите меня понять ваше желание подделать документы? – Лена покачала головой.
Лев Михайлович совсем сник.
– Давайте продолжим. В понедельник больше ничего странного не происходило?
– Я бы знал.
– Про последующие дни спрашивать, как я понимаю, тоже нет большого смысла? Тогда садитесь и подробно напишите все, о чем рассказали. Только постарайтесь ничего не искажать и не упустить. У меня хорошая память.
– Да-да, конечно…
Лена взялась за костыли и вышла в коридор, предупредив врача, чтобы никуда не отлучался без ее ведома. Набрав номер Паровозникова, она поинтересовалась:
– Ты где?
– Опергруппа подъехала, идем к тебе.
– Хорошо, я на крыльцо выйду, тут душно.
– Под костыли смотри, нам только тебя сейчас не хватало.
Лена убрала мобильный и, повернувшись, наткнулась на невысокую полную женщину лет пятидесяти в нежно-зеленом хирургическом костюме. От неожиданности Лена ойкнула и уронила костыль.
Врач проворно нагнулась и подала его.
– Извините, не хотела вас напугать. Вы ведь следователь, да?
«Быстро здесь распространяются новости. Странно только, что об исчезновении Жильцовой никто не сообщил вовремя».
– Да.
– Можете меня выслушать, только не здесь?
– Могу. У вас есть какая-то информация?
– Не знаю, пригодится ли вам, но вдруг… – с опаской оглянувшись на закрытую дверь кабинета главврача, тихо проговорила женщина. – Пойдемте ко мне в кабинет?
– Простите, вы не представились.
– Я сестра-хозяйка, меня Натальей Васильевной зовут, но пациенты предпочитают «тетя Наташа». Можете так называть. Моя киндейка в дальнем углу коридора, у пожарного выхода, нас там точно никто не услышит. Дойдете, не тяжело вам? – оглядев костыли, спросила женщина.
– Ничего, справлюсь, – вздохнула Лена, подумав, что не была готова к таким неожиданным тренировкам."
"Стараясь идти медленно, сестра-хозяйка направилась по коридору к пожарному выходу и дождалась Лену у двери в небольшую комнату, по обеим стенам которой до самого окна тянулись высокие, под самый потолок, стеллажи, на которых в пронумерованных ячейках лежали комплекты постельного белья и полотенца.
В углу располагалась стойка с рядом белых отутюженных халатов на вешалках, у окна – гладильная доска и утюг, а в нише между полок правого стеллажа – небольшой письменный стол с аккуратной стопкой канцелярских книг.
