Семейные ужины на второй год нашей жизни заменила доставка еды, детей я так и не родила, и едва ли меня можно назвать заботливой женой. И в довершение всего вчера я ему изменила. Три раза за вечер. Неплохо для новичка, правда?
Картины, звуки, запахи — от них не скрыться. Стук каблуков, бьющихся о пол, когда Матвей трахает меня на столе в моём кабинете, никотиновый вкус его дыхания, затекающий мне в рот вместе с поцелуем, запах дерева и мятного шампуня, тёмные глаза, смотрящие на меня снизу, шум льющейся воды, серебряный крестик на груди, скачущие стены… Я непроизвольно жмурюсь и вместе с тем ощущаю мощный спазм в животе, отдающийся приливом жара между ног.
Тело продолжает жить вчерашним днём, чего не скажешь о мозге.
Ну и как мне теперь со всем этим быть? Семья и работа были моими приоритетами, и вчера я сделала всё, чтобы их уничтожить. Изменила мужу. В его офисе, с его подчинённым. В эстафете «Проёбанная жизнь» я точно пришла бы первой.
Стрелки настенных часов неумолимо приближаются к цифре семь, и, глядя на них, я принимаю решение не идти на работу.
Приехать в офис означает встать с постели прямо сейчас, посмотреть в зеркало и вполне возможно, обнаружить следы вчерашнего преступления: лихорадочный блеск глаз, нечаянный синяк или припухшие губы. Ещё — войти в свой кабинет, увидеть трёхмерную голограмму себя, вжатой щекой в стол, и встретиться лицом к лицу с Матвеем. Нет, только не сегодня. Сегодня мне нужно решить, как жить дальше."
"«Вер, я сегодня на работу не приду.
Плохо себя чувствую. Предупреди кого нужно».
«Конечно, отдыхай, Звезда моя. Надеюсь, ничего серьёзного?»
«К завтрашнему дню оклемаюсь».
И мысленно иронизирую: «Но это не точно».
Отложив телефон, я предпринимаю отчаянную попытку повторно уснуть, чтобы ещё немного отсрочить муки совести, но не выходит. Ворочаюсь, вздыхаю, жмурюсь — кажется, будто собственное тело мне жмёт — и наконец, встаю с кровати. Минуя отражение в зеркале, захожу в душ, где в течение часа тщательно мылю тело и волосы, смывая воспоминания о вчерашнем дне.
«Ты такая красивая. Как перестать тебя трогать?».
Раздражённо ругнувшись, я трясу головой. Хватит. Замолчи, чёрт бы тебя подрал. Мешаешь думать.
Не помогает и чашка крепкого кофе. Слишком много потрясений и слишком много секса, чтобы вот так запросто, одним усилием воли заставить себя обо всём забыть. Так что мне делать? После возвращения Романа огорошить его новостью о своём уходе? Он, конечно, спросит о причине.
