Матвей называет водителю адрес — отсюда максимум километр, который нам, разумеется, невозможно пройти пешком. Я опускаю плечи и утыкаюсь щекой ему в грудь. Если не разрешать себе думать, то становится хорошо. Не думая, получается забыть о цифрах, статусах и прочих минусах. Сейчас меня обнимает мужчина, а я в его объятиях чувствую себя слабой, но защищённой женщиной. Говорят, нужно учиться жить здесь и сейчас. Именно это я сейчас и практикую.
К сожалению, нужный километр мы проезжаем быстрее, чем мне бы хотелось, и спустя каких-то пять минут приходится покинуть уютный вакуум.
С дневным светом, щедро полившимся на голову, наваливаются и сомнения. Особенно сильными они становятся, когда я смотрю на подъездную дверь, неровно выкрашенную в серый. Последний шанс уйти.
— Идём, — окликает меня Матвей, а его пальцы мягко тянут за локоть.
Выйдя из оцепенения, я шагаю вперёд. Вызов такси займёт несколько минут, которые придётся провести на улице, а это тоже не подходящий для меня вариант. Сейчас мне ближе замкнутое пространство, где будет мало света и много того, что Матвей может мне предложить.
В квартире пахнет им: кондиционером для белья и немного сигаретами. Ещё присутствует лёгкий запах дерева, обычно исходящий от новой мебели. В интерьере преобладает недорогая «ИКЕА», так что это, скорее всего, её заслуга.
— Ну и каков твой вердикт? — спрашивает Матвей, внимательно следя за тем, как я оглядываю стены.
— Не похоже, чтобы ты слишком заморачивался при выборе съёмного жилья. Эта квартира больше подходит для девочек-студенток из педагогического.
Но из плюсов — здесь всё свежее, кроме того жуткого комода в коридоре.
Я говорю как есть и лишь потом понимаю, что продолжаю вести себя стервозно. К чему это высокомерие и разбор полётов от женщины, живущей в загородном особняке стоимостью с десяток таких квартир? Ясно ведь, что Матвей не от избытка денег арендовал именно это жильё.
— Извини. — От внезапной растерянности я переступаю с ноги на ногу, невольно отмечая, что на ступни не налипает мусора.
— Квартира отличная. И мне очень нравится, что у тебя так чисто. Ты сам убираешься?
Всё это время Матвей улыбался, но к концу моей тирады его улыбка перетекает в тихий смех.
— Не надо извиняться, Стелла. Когда я арендовал эту квартиру, интерьер был последним, что меня парило. Просто нужно было уложиться в определённую сумму. Дважды в неделю приходит убираться соседка. Я люблю чистоту, но мыть полы и прочее предпочитаю доверять кому-нибудь другому.
