Я боюсь того, что могу натворить, когда я не в себе, в те короткие моменты, когда в моей голове проносится слишком много ужасных мыслей. Вот почему я ненавижу себя. Потому что я делаю ужасные вещи с людьми, которые мне небезразличны.
Мой взгляд переходит на его руку, где я впилась зубами в его плоть. Кровь просачивается сквозь свитер, и у меня кружится голова.
— Все хорошо, Уинн. С тобой все в порядке?
Он поднимает руку и нежно касается моей щеки, но я слишком сосредоточена на его руке.
Почему он не сердится на меня? Я пытаюсь поднять его свитер, чтобы увидеть рану; ее нужно немедленно обработать, ему нужно…
— Эй.
— Лиам снова поворачивает меня к себе лицом, и мы встречаемся глазами. Взгляд, которым он смотрит на меня, одновременно завораживает и разрывает сердце.
— С тобой все в порядке?
Он смотрит мне в душу, ожидая ответа. Мои глаза наполняются свежими слезами, и я качаю головой.
— Нет.
Он обхватывает обе мои щеки и притягивает к себе. Его мягкие губы прижимаются к моим, и с каждым ударом его сердца мое сжимается.
Его дубовый запах поглощает меня, и на какое-то блаженное мгновение я перестаю быть собой. Я не тот персонаж, которого ненавидела всю свою жизнь.
Я просто женщина, которая целует мужчину.
Уинн целует Лиама.
Неужели все так просто?
Неужели это возможно?
Теплые слезы скатываются с моих губ, и мои глаза открываются.
Лиам плачет.
Я отступаю назад и пытаюсь вытереть его слезы, но они все еще текут по его щекам.
— Лиам, ты…"
"— Со мной тоже не все в порядке, — шепчет он, его голос дрожит.
— Мне никогда не было хорошо. Но когда я вижу, как ты распадаешься на части, это слишком больно, чтобы я мог это выдержать. Пожалуйста, не ходи в те темные места, Уинн. Пожалуйста, останься здесь, при тусклом свете, со мной. Ты моя последняя надежда, мое лекарство. — Он тяжело опускает руки по бокам и рыдает, уткнувшись лбом мне в плечо. — Позволь мне попытаться помочь тебе, пожалуйста.
Я обхватываю его руками и обнимаю так, будто это будет в последний раз.
— Мне очень жаль. Я никогда не хотела сделать тебе больно… но сделала. — Мои пальцы сплетаются в его мягких, темных волосах. — Я чувствую себя таким бременем для всех. Даже для тебя, посмотри, что я наделала.
Мои плечи дрожат, когда я рыдаю вместе с ним.
В дверь стучат, и прежде чем мы успеваем пошевелиться, она открывается. Лэнстон заходит, и его взгляд немедленно останавливается на мне.
— Что здесь происходит? Я слышал крики.
