Он все еще смотрит на меня. В груди сжимается сердце. Кто-то такой красивый, как он, хочет умереть? Я хочу знать, почему. Имеет ли он такую же яму страха внутри себя, как и я?
Джерико сердито стучит ногами по полу.
— Что я только что сказал? У кого-нибудь из вас есть хоть капля уважения ко мне?
Лэнстон только улыбается и подмигивает мне. Мои щеки теплеют. Может, я смогу завести здесь друзей.
Я слушаю, как каждый в кругу называет свое имя, а затем что-то, что ему нравится. Все игнорируют правила Джерико, очевидно, находя его ярость смешной.
Вена на его лбу выпирает все десять минут, и я наполовину уверена, что он получит инсульт, если я присоединюсь к их забаве.
Я осознаю, что на несколько мгновений наступает тишина, и переглядываюсь из стороны в сторону. Все выжидательно смотрят на меня.
— Я Уинн Колдфокс. Мне нравится… — Делаю паузу. Вот как это всегда происходит, не так ли? Ты сидишь и все время думаешь о том, что скажешь, а потом наступает твоя очередь, и ты не имеешь никакого представления о том, что ты на самом деле собираешься сказать.
— Я люблю сушить цветы.
Рядом со мной Лиам раздраженно пыхтит, как будто мой ответ глупый.
— Я Лиам Уотерс, твой сосед по комнате — он смотрит на меня, и еще несколько человек смеются. Брови Джерико все еще крепко сдвинуты вместе. — Я люблю боль. Поэтому не бойся укусить меня за член, когда будешь сосать его сегодня вечером.
Я поворачиваю голову, и наши взгляды встречаются. Сначала я думаю, что он шутит, но в его темных глазах есть молчаливое обещание.
— Уотерс — очень неуместно.
Джерико делает пометку в своей таблице, но все в кругу смеются. Я имею в виду, что раньше слышала, как люди трахаются в душе, поэтому я тоже не воспринимаю его слишком серьезно.
Лиам пожимает плечами и скрещивает руки, откидываясь на спинку стула.
— Почему бы нам сегодня не начать с тебя, Уотерс? Поскольку ты, кажется, так хочешь поговорить, — Джерико постукивает кончиком ручки по папке, глядя на Лиама.
Они должны быть почти одного возраста. Какая тяжелая работа — относиться к людям своего возраста, как к детям. Особенно, когда очевидно, что никто из присутствующих совсем не уважает этого человека.
Лиам закладывает руки за голову и смотрит в потолок.
— Сегодня мне нечем поделиться. Я все еще люблю причинять себе боль — все еще гоняюсь за кайфом, чтобы чувствовать себя живым. Ничего не изменилось.
Джерико внимательно наблюдает за ним.
