Не сказать, что я был этому очень рад, тем более что в действительности стрелял плюс-минус также как и все остальные, а танк противника был уничтожен и вовсе иначе, но… в общем, армейская логика с реальной порой общего ничего не имела и с этим можно было только смириться.
Оружие в конечном счёте я принял и даже использовал все шансы чтобы как следует с ним попрактиковаться. Хотя учитывая, что нынешние системы в большинстве своём ничем от тех, с которыми я был знаком в прошлом мире не отличались, навыки и умения у меня восстановились очень быстро.
Выцелив через прицел небольшой холмик, покрытый зеленью и даже каким-то кустом, я задержал дыхание и не теряя более и секунды времени, плавно нажал на спусковой крючок.
Бабах!
Едва после прозвучавшего взрыва успела осыпаться земля, мои ребята будто оголодавшие хищники при виде добычи, резко сорвались в сторону цели, параллельно заваливая свинцом разлетевшийся на части НП врага.
Не отставать пришлось и мне. Бросив уже бесполезную трубу отработавшего гранатомёта на землю, я перехватил автомат со спины и сопровождая своё движение короткими очередями, стал спешно нагонять товарищей.
Адреналин захватывал дух, кровь играла в жилах, а тело при этом казалось таким лёгким и сильным…! Рисковать жизнью без энергетического барьера было совсем иначе, в том числе и по внутренним ощущениям…
— Не стрелять! — предупреждающе поднял руку Самсон когда мы преодолели дистанцию, а затем буквально на мгновение заглянул внутрь разрушенной землянки.
Ещё через пару минут осторожного осмотра и нескольких попыток установить контакт и узнать есть ли внутри кто живой, Вадим, не получив от врагов хоть какого-нибудь ответа, долго не думая бросил в проход осколочную гранату и только после взрыва дал добро туда входить.
"
"К слову, такой подход был исключительно верным в подобной ситуации, несмотря на кажущуюся на первый взгляд жестокость — по докладу Кали, единственный выживший после взрыва боевик держал мушку прицела своего пулемёта на входе, и первый кто рискнул бы к нему зайти, однозначно попал бы под его обстрел с большим шансом там же и скончаться.
При этом, кусок обрушившегося на голову моджахеда потолка землянки, очень удачно укрывал его со всех сторон кроме самого входа. Так что умертвившая гада граната меняла его жизнь на наши, что всех в нашем тесном коллективе более чем устраивало.
— Таким макаром не добыть нам языка. — посетовал Горелый, осматривая трупы погибших врагов.
— Не вздумай переворачивать того, что лежит на животе.
