Бесовка отчего-то мой вопрос проигнорировала, что моментально заставило меня напрячься. Офицеры штаба также на десяток секунд зависли, изучая взглядом происходящее, после чего полковник хмуро изрёк:
— Это не мы.
— Да, господин, моя. Ваше поручение выполнено. — странным голосом донеслось от Кали.
— Это мы. — в тон командиру полка бросил я, переключаясь мыслями на демоницу.
Её интонация и голос вызывали у меня тревожные чувства, что, забегая наперёд, оказалось небеспочвенно.
— Ты цела?
— К сожалению, нет… — ответила бесовка голосом с несвойственной ей хрипотцой.
— Зацепило взрывом, господин.
— Аластор, найди и вытащи её к нам. — моментально отдал я команду второму бесу прикусив губу. — Потом меня отсюда вытащишь.
Моё нервное состояние не смогло остаться незамеченным для Герасимова, отчего тот покосившись на меня негромко произнёс:
— У тебя всё нормально?
— Да. — кивнув бросил я и тут же добавил. — Массированный удар по месту произошедшего взрыва нанесёт врагу неслабый урон. Я бы на вашем месте не медлил, командир.
На этом мне срочно нужно вас покинуть, до связи. — приложив руку к виску закончил я.
Бросив эту фразу и отметив утвердительный кивок Герасимова, я развернулся и спешно покинул помещение, оставляя офицеров и дальше размышлять над стратегией. Ещё через десять минут я сидел в соседнем лесочке над телом Кали, разглядывая её раны и прикусывая губу. Небо освещали залпы ракет, на которые мы сейчас совсем не обращали внимания.
Как оказалось, бесовку неслабо зацепило тем самым взрывом, да так, что она едва могла передвигаться самостоятельно и в целом, оставаться боеспособной.
— Сказал же — не подставляйся… — только и смог посетовать я покачав головой.
Помочь верной спутнице хотелось очень сильно, только вот как это сделать, если перегоревшие манотоки были просто неспособны на выплеск энергии…? Хотя… так ли уж прям неспособны?
Прикрыв глаза и положив руки на распластавшееся по земле тело бесовки, я стал старательно концентрироваться, в попытке обеспечить хотя бы тонкий ручеёк энергии, для подпитки обессилевшей демоницы.
Ощущая сначала лёгкое покалывание по всему телу, а затем и едва терпимое жжение манотоков, я буквально сквозь пот и боль смог выплеснуть какие-то жалкие капли. Но видя состояние Кали, унывать и отчаиваться стало как-то стыдно — бесовка ради меня из кожи вон лезла и облегчить ей жизнь и восстановление было лишь малой частью того, что я должен был изо всех сил постараться сделать.
