– И кто у нас сегодня кошмарами мучается? Чьи нервишки не справляются с нагрузками? Кто тут у нас такой сла-а-абенький? – Дева высунулась из воды по пояс и теперь нагло ощупывала мастера Ар-Хана.
Я непроизвольно шагнула назад. Уж больно вид у этой парочки был интимный. Я иллюзионист, свечку наколдовать могу запросто, а вот подержать – это как-то не про меня.
– Остынь, Лилейн. Я не к тебе.
– А к кому? – Водяная уже заметила меня, ревниво стрельнула глазками, но продолжала бессовестно кокетничать.
– Вот девушка. – Мастер Ар-Хан жестом показал, что мне следует приблизиться. – Адептка Лэсарт. Лорд Льен приказал поглотить её воспоминания.
– То есть то, что это девушка, ты всё-таки заметил? – Недобрый взгляд водяной прямо-таки намекал, что мне не стоит приближаться к колодцу.
– Лилейн, просто выполни приказ, и она уйдёт!
– Хорошо. – Водяная текуче выбралась из колодца и села на бортик бассейна.
Она казалась совсем юной девушкой, с полупрозрачной, чуть зеленоватой кожей, миловидными чертами лица, на котором сейчас застыло недовольное выражение.
Водяная нахмурила тёмно-зелёные бровки и недовольно поджала розовато-сиреневые губы.
– Опять боевики девок водить в замок начали? А мне им память подчищать… Хотя, признаю, некоторые образы весьма изобретательные. Люблю потом пересматривать долгими тёмными вечерами.
– Это напарница Элмара, – несколько невпопад буркнул саламандер.
– Вечер обещает быть то-о-мным. – Водяная мечтательно закатила глазки.
Вот же морда бесстыжая!
– Она создала мою абсолютную копию.
– То есть одного Элмара ей не хватило? – Недовольный и немного обиженный взгляд, в котором так и читалось: «И куда тебе столько?»
– Лорд Льен хочет, чтобы ты забрала у адептки Лэсарт воспоминания, связанные с созданием моего двойника.
Я вздрогнула и тихонечко всхлипнула.
Нет, я знала, к чему всё идёт, но лишь сейчас, когда мастер Ар-Хан чётко сформулировал приказ, наступило полное осознание того, что меня вот-вот лишат важнейшего куска моего прошлого.
Три! Целых три дня выпадут из моей жизни! Три бесценных дня, проведённых рядом с отцом. Я забуду его рассказы о некогда великом песчаном народе, перестану видеть образы воссозданного древнего города, не смогу вспомнить посиделки у костра, когда отец рисовал для меня в ночном небе огненные картины. Ведь именно эти воспоминания я использовала для создания абсолютного фантома.
Память иллюзиониста безупречна.
