Я шагнула к следующей чаше и замерла… Ну ничего же себе! Вот в этой огонь был как раз настоящий. Осторожно, буквально на цыпочках я приблизилась к огню, повела над ним ладонью, и всё… аудитория резко перестала мне нравиться. Потому что это были не милые декорации, а самые что ни на есть настоящие гхаровы ловушки! Ведь огонь был везде! Он пробегал даже по партам!
– Так, ребят, признавайтесь, кто-то умудрился подпалить себе задницу?
Ляпнула на эмоциях и только потом заметила трёх адептов ШИПа, мнущихся вдоль стеночки.
Занимать парты они не торопились.
– Серьёзно? А ну, живо показали!
Показывать мне ничего не стали, более того – парни слаженно шагнули к стене.
– Нет, какие мы, оказывается, стеснительные! Дело ваше, хотите светить подпалённым тылом по всему Карагату – валяйте.
– А разве ты сможешь помочь? – Одногруппник смотрел недоверчиво.
Как будто первый день меня знает!
– Целительские способности не прорезались. Так что тут, увы… Но форму подлатаю. И ещё один момент. – Я пристально осмотрела аудиторию.
Потом вскинула руки. – Кто заорёт – сам дурак.
Огненная волна пробежала по аудитории под редкие, но от этого не менее звонкие вопли одногруппников. Вот предупредила же! И потом, я во владении стихийной магией ни разу замечена не была. Так чего орать? Ясно же, что, кроме иллюзии, ничем порадовать не смогу, но там, где иллюзорный огонь сталкивался с такой же пламенной иллюзией, в воздухе появлялись крошечные тучки, из которых медленно и печально сыпал снег.
– Так, а теперь пошевеливайтесь! Не хочу, чтобы кто-то из преподавателей Карагата обнаружил меня любующейся вашим филеем!
Парни сделали несколько шагов и вдруг замерли, дружно таращась куда-то позади меня. Остальные адепты шустро рассаживались за партами, следуя моим подсказкам.
Я медленно обернулась и инстинктивно всплеснула руками. Дубль огненной волны прошёл по аудитории, заставив активироваться щиты над двумя из четырёх мужчин, появившихся за длинным преподавательским столом.
– Огненного утречка… – пробормотала я, присматривая для себя парту подальше от стола потенциальных экзаменаторов.
– Полная неспособность к улавливанию скрытых аур, – сухо произнёс златокожий мужчина с занятной росписью на лице.
Наивный! Мы и явные не различаем. Нет такой потребности. Создавать фантомы иллюзионисты могут, задействовав формирование единого слепка, включающего копию оболочки, ауры и поведения. Разбивать процесс на компоненты нас не учили.
