– Тьма, Войский, не смей меня так пугать!
Я ощупала покрытый испариной лоб парня, потом обследовала его шею, грудь и наткнулась на мокрую ткань жилета, рана была справа под рёбрами. Едва я её задела, с губ Войского сорвался стон.
– Хренушки. Эта страшилка по твоей части.
Войский имел в виду мою Тьму, я осознала это, только когда помогла ему сесть.
– Идиот. Как же тебя так угораздило?
– Влип. Да. Течёт, зараза.
– Идти сможешь? Тебе нужно место, где можно отлежаться.
– Полежать я могу и здесь.
– Здесь тебя никто не напоит вкусным регенератором.
Я забросила руку Войского себе на плечо и обхватила за поясницу.
– Лэсарт, умеешь ты воодушевлять на подвиги. Ау! Садистка…
– А то! Я же тёмная.
Попытка встать на ноги увенчалась успехом, теперь Войский постанывал сквозь сжатые зубы, однако это не мешало ему со мной препираться.
Мы дурачились и подкалывали друг друга. Глупо, учитывая, что по следу Войского могли идти убийцы, но нам обоим был нужен этот бессмысленный трёп. Он отвлекал, не позволял поддаться панике.
Когда я предложила Георгу отправиться в столичный лазарет, он яростно затряс головой, а потом прошептал, что там его точно найдут и добьют. Прикрыв нас обоих иллюзией подвыпивших парней, я поймала карету, а потом с помощью извозчика запихнула Войского внутрь и назвала адрес гостевого «Дома матушки Охр»."
"Чахлая лошадка тряслась по столичным улицам бесконечно долго. Георг уже дважды терял сознание от боли и слабости, но я тормошила его, не давая провалиться в беспамятство. До комнаты он добрался благодаря помощи постояльца.
Седовласый жилистый кузнец без особых усилий затащил Войского на второй этаж, попутно шумно ностальгируя о попойках своей молодости. Когда Войский наконец переступил порог комнаты, я повернулась, чтобы поблагодарить мужчину, и заготовленные слова замерли на губах – кузнец озадаченно рассматривал испачканную в крови одежду.
– Это вам на новую рубашку. Прошу прощения за беспокойство. – Я решительно вложила в окровавленную ладонь несколько монет.
– Я не из болтливых.
Но если рана так кровит, без целителя не обойтись.
– Знаю. Разберёмся. – Я закрыла дверь на засов и поспешила к Войскому.
Хвала Мраку, тот находился в сознании и теперь, морщась от боли, стягивал с себя жилет. За ним настала очередь рубашки, сняв её, Георг с силой прижал ткань к ране и покачнулся. Я молча придвинула ему стул, а потом вытащила из-под кровати сундучок и, добравшись до регенератора, протянула его Войскому.
– Один глоток. Это остановит кровь.
