В ближайшее время в полуфинале встретятся команды Тибидохса и афганских джиннов. Команда, одержавшая верх в этом состязании, сразится в финале с неподражаемыми невидимками... Лично мне кажется, что в финал пробьются именно джинны. Победы команды Тибидохса выглядели случайными и неубедительными. По крайней мере, так заявляет признанный эксперт, председатель коллегии арбитров Графин Калиостров...
– Я зверею! Попадись мне этот Графин! Я бы его в гнилушку превратил! – рассердился Баб-Ягун.
Несмотря на то что он кипел праведным гневом, Таня отнеслась к его утверждению без особого доверия, Ей слишком хорошо было известно, как неважно у Ягуна с общей магией.
Даже самые простейшие превращения давались ему с огромным трудом. Должно быть, Ягун тоже об этом вспомнил, потому что минуту спустя фыркал уже по другому поводу.
– Гурий Пуппер – звезда команды невидимок! Нет, ты это слышала? Пуппер – почти что Гроттер! Бывают же такие совпадения! Просто наглый плагиат какой-то, я зверею! – с возмущением воскликнул он.
Ванька Валялкин хмыкнул. Он был настроен не столь категорично.
– Да ладно тебе! Я слышал о Гурии Пуппере, Говорят, этот парень и в самом деле здорово играет. Несмотря даже на то, что летает на метле, – сказал он.
– На метле? Мамочка моя бабуся! На метле вообще невозможно летать! Какая у неё может быть аэродинамика? Это же просто палка с пучком веток, пускай даже и заговоренных! Первая же воздушная яма, и все – кирдык! Уверен, поворачивает она ещё хуже, чем жикинская швабра! Да и потом, разве у метлы есть бак? А если бака нет, куда засыпать русалочью чешую? – заспорил Баб-Ягун.
– Еще раз скажешь про чешую, я чокнусь... – хмыкнул Ванька.
Распаленный Ягун схватил его за шиворот и принялся трясти.
– Нет, ты скажи, скажи! Чешую куда сыпать? И шланг, шланг где у нее? Нет шланга! А раз шланга нет – видеть я не хочу вашего Пуппера! – восклицал он.
– Оставь его. Я тоже не пойму, при чем тут чешуя? Ты отлично знаешь, что я свой контрабас тоже не заправляю, и он прекрасно летает! – примирительно возразила Таня.
Одновременно она слегка отстранилась, чтобы негодующий Ягун, размахивающий руками, как мельница, случайно не засветил ей в нос. В пылу дискуссии он был способен и не на такое.
– Твой контрабас – другое дело. Его же все-таки Феофил Гроттер делал. А Феофил Гроттер – великий маг, – категорично заявил Ягун.
