– Почему ты не сказала Ричарду, что отец ребенка – Джон Бернхэм? – требовательно спросила Айрис. – Почему позволила ему думать, что ребенок у тебя от этого мерзавца Уильяма Парнела?
– Да потому что Парнел погиб! – взорвалась Флер. Лицо ее порозовело от злости, но глаза смотрели безнадежно, потеряно. – Ричард не может заставить меня выйти за покойника.
– Но мистер Бернхэм – живой. И он приходится отцом твоему ребенку.
Флер лишь покачала головой, хотя ничего не стала отрицать.
– Это неважно, – сказала она и повторила: – Это неважно.
– Флер…
– Я могу куда-нибудь уехать. – Словно обозначая направление, она нервно развела руками, чуть не задев Айрис ножницами.
Айрис отпрянула в сторону.
– Убери куда-нибудь эту проклятую штуку!
Флер, задохнувшись, с ужасом посмотрела на ножницы.
– Извините, – заикаясь, произнесла она. – Мне так… Я… – Дрожащими руками она положила их на скамью. – Я уеду отсюда, – исступленно заговорила Флер. – Так будет лучше для всех.
– Ради всего святого… – Айрис сделала глубокий вдох, чтобы не потерять выдержку.
– Ты говоришь ерунду, – сказала она. – Если ты хочешь стать настоящей матерью своему ребенку, тебе нужно выйти замуж.
Обхватив себя руками, Флер отвернулась и стала смотреть вдаль.
– Он хоть знает? – задала Айрис давно мучивший ее вопрос.
Флер задрожала всем телом и отрицательно покачала головой.
– Ты не считаешь, что его нужно поставить в известность?
– Это разобьет ему сердце, – прошептала Флер.
– Почему? – Терпение Айрис подходило к концу.
– Потому что он любит меня, – просто сказала Флер.
Закрыв глаза, Айрис призвала на помощь все силы, лишь бы не сорваться.
– А ты его?
– Конечно, я его люблю! – воскликнула Флер. – За кого вы меня принимаете?
– Даже не знаю, – откровенно призналась Айрис. Когда Флер бросила на нее оскорбленный взгляд, добавила с досадой: – А ты знаешь, что я за человек?
Флер помолчала, потом коротко кивнула.
– Это справедливо."
"– Если ты любишь мистера Бернхэма, – рассудительно заговорила Айрис, заставляя себя быть терпеливой, – то должна сообщить ему о ребенке, чтобы он мог жениться на тебе.
Я понимаю, что он не тот, кого твоя семья предпочла бы видеть рядом с тобой, но…
– Он очень хороший человек! – перебила ее Флер. – Я не желаю, чтобы вы порочили его.
«Господи, помилуй!» – подумала Айрис. Как можно разумно говорить с Флер, если каждая фраза, сказанная ею, противоречит предыдущей.
– У меня даже в мыслях нет говорить о нем гадости, – проявила осторожность Айрис.
