Но если Флер не поступит так, как должно, и не расскажет все Ричарду, Айрис с превеликим удовольствием сделает это вместо нее.
– Правда? – удивилась Мэри-Клэр. – Я думала, что вы пойдете прямиком к Ричарду.
– Тогда зачем спрашивать? – Айрис снова зашагала вверх по склону.
Мэри-Клэр пропустила ее слова мимо ушей.
– Флер вам ничего не расскажет, вы же знаете.
Айрис затормозила только для того, чтобы послать девчонке гневный взгляд.
– Ты мне все уже рассказала.
Мэри-Клэр замерла.
– Вы ведь не выдадите ей меня?
Айрис смотрела на нее, словно не веря своим глазам, а потом выругалась, чего еще ни разу в жизни не делала, и двинулась дальше.
– Айрис! – взвизгнула Мэри-Клэр и побежала рядом. – Она меня убьет!
– Неужели? Так вот чего ты боишься?
Мэри-Клэр осеклась.
– Вы правы. – И повторила: – Вы правы.
– Да еще как права, дьявол побери! – Она шла, не сбавляя шага, и удивлялась тому, что сквернословие придает так много сил.
– Что вы ей скажете?
– Пока не знаю. Может: «Ты совсем умом тронулась?»
Он неожиданности Мэри-Клэр открыла рот.
А потом бросилась к ней и схватила за руку.
– Можно мне посмотреть на это?
Айрис развернулась и с такой враждебностью глянула на нее, что девчонка отшатнулась.
– Еще слово, и я отделаю тебя крикетной битой, – прошипела она. – Нет, нельзя!
Теперь Мэри-Клэр смотрела на Айрис почти с благоговением.
– Мой брат знает, что вы склонны к насилию?
– Нет, но узнает до конца этого дня, – буркнула Айрис и прибавила шагу.
– Я пойду с вами! – крикнула Мэри-Клэр.
Айрис фыркнула и не стала утруждать себя ответом.
Мэри-Клэр все-таки догнала ее.
– Не хотите узнать, где она сейчас?
– В оранжерее.
– Как… Откуда вам это известно?
– Я видела, как Флер шла в ту сторону, когда мы выходили из дома, – отрезала Айрис. И почувствовав странное желание оправдаться, добавила: – Я наблюдательна. У меня это хорошо получается."
"Но на самом деле не очень уж и хорошо. А может, Флер оказалась на удивление искусной лгуньей. А может, ни то и ни другое.
Просто правда вышла наружу. И теперь Айрис докопается до сути.
Глава 24
Ричард не мог заснуть. Во всяком случае, ему так казалось. Пару раз он проваливался в дрему, но тут же просыпался. Так продолжалось до рассвета, когда сон, наконец, пришел.
Была уже почти половина десятого, когда Ричард заставил себя вылезти из постели. К одиннадцати он был готов сойти вниз.
Камердинеру пришлось потрудиться, чтобы придать Кенуорти приличествующий джентльмену вид.
