— А Ростик что говорит?
Я знаю, почему строитель так вьется вокруг мелкой. Знаю, зачем он на ней женился. Логика проста и банальна — Рада для него недосягаема. Ростислав мнит себя альфачом, такие обычно требуют преданность, а получив — начинают считать ее капитуляцией. Женщина, которая любит мертвого, — самый лакомый кусочек. Но это их игрища, я не вмешиваюсь. Мне главное, чтобы чел грел Радкину кровать, когда ей захочется и так, как ей захочется. Иначе девочка совсем крышей съедет от своего горя, а у нее дети.
Пока он это делает, мне пофиг.
— Он с тобой согласен. Мы аллею доделаем и, наверное, сгоняем в Москву на конференцию. Северянин вроде бы подтвердил участие. Ты пока узнай про него что-нибудь, ладно?
— Заметано.
Я в очередной раз машинально оглядываю ресторанный дворик. Цепляюсь глазами за длинные, почти до талии, собранные в низкий хвост волосы. На автомате оцениваю стройную фигурку: юбка-карандаш и белая водолазка одновременно прячут и подчеркивают достоинства.
Строгость на той грани, когда она уже переходит в сексуальность. В паху слегка печет, хотя утро было жарким. Прикол.
Я задерживаюсь взглядом чуть дольше, чем позволено в обществе. Нравится мне этот типаж в последнее время. Как наваждение.
Девица, мелькнув каштановой макушкой, скрывается в очереди за фастфудом.
Пишу сообщение Дарье: «Сегодня в силе?»
— Приезжай, как сможешь, — болтает Радка.
— Я ужасно по тебе соскучилась.
— В этот бедлам? Увольте. — Я смеюсь вспыхнувшей в ее глазах ярости. — Не злись, приеду. Ладно, не пропадай. Мелких стопроцентных варваров от меня поцелуй.
Кофе закончился, а за новой чашкой идти лень. Я слушаю несколько сообщений от Виктора, который теперь ведет дело того ребенка. Вите хреново. Его голос срывается трижды за минуту. Мой — звучит удивительно ровно, словно у меня давным-давно нет души. Продана.
Пальцы быстро перебирают четки, мнут толстые бусины.
Даю Вите несколько советов и прошу быть на связи.
Мобильник вибрирует: Дарья решила перезвонить. Хватило бы «да/нет».
Я принимаю вызов и направляюсь к выходу.
— Привет, — говорю. — Я работаю. Сегодня в семь в силе?
— Привет. Конечно, — мурлычет она.
— У тебя, у меня?
— У меня. Только я не успею приготовить, закажу ужин на дом. Ты не против суши?
Я уже почти у эскалатора, когда наперерез выходит Александра Яхонтова.
