- Почему не сказал мне?
Он молчит и я добавляю:
- Для кого лучше-то? Для твоей мелкой, ты вообще видел, как она по тебе убивалась? Ты свою собаку даже не пожалел, что о людях говорить.
- Я принял решение. Ты знаешь, как это бывает. - Его голос становится тише: - В любом случае, время назад не отмотаешь. Если бы я могу вернуться в прошлое....
- Ты бы меня, разумеется, посвятил в свой план?
- То я бы на это дерьмо в жизни не подписался! - рявкает он.
И почему-то я ему верю.
Мы смотрит друг на друга, я быстро теряю пыл.
Убивать не хочется. Лить кровь не хочется. Я никогда не хотел этим заниматься.
Я смотрю на своего лучшего друга впервые за полтора года. Вижу, что он дышит, разговаривает.
Чёрт.
Чёрт возьми.
Прижимаю пистолет сильнее, он закрывает глаза и быстро рассказывает:
- Рожа, не поверишь, после операции едва шевелится. Я полгода питался через трубочку. - Отмечаю, что родной акцент внезапно прорезался. - Ежесекундно мечтая вернуться в свою прошлую жизнь, где у меня есть ты и она, - кивает на стенку, за которой Рада.
- Мой бизнес, моя собака, мой отель. А потом я узнал, что у меня дети родились. Мои дети, понимаешь? Живые, здоровые. Что у неё не случилось выкидыша, что я не проклят. И я понятия не имел, как к ним вернуться.
- Блядь, - говорю я.
- Блядь, - произносит он.
Мы оба часто дышим.
- Спасибо, что молился за меня.
- Да пошёл ты! - психую. - Слишком рожа у тебя ладная стала, смотреть тошно!
Практически с блаженным удовольствием я впечатываю рукоятью пистолета Адаму чуть выше виска, где нет угрозы для здоровья.
Лобная кость — самая крепкая. И возвращаюсь в комнату.
Рада испуганно всплескивает руками. Не бойся, мелкая, не буду тебя обижать. Вытаскиваю обойму, швыряю на стол рядом с пистолетом. Всё, безоружен.
Силы внезапно заканчиваются. Иллюзий не строю — при желании бывший чемпион боёв без правил меня ушатает за минуту на смерть. Плевать.
Тру лицо. Ситуация.
Адам жив.
Жив!
Шевелиться не хочется. Несколько минут я краем глаза наблюдаю за тем, как Радка скачет вокруг Адама, обрабатывает рану, обнимает, целует.
Качаю головой.
В номер приносят завтрак.
Чёрт возьми. В конце концов, если бы мне дали выбор: твой друг умрёт или полностью тебя разочарует, я бы выбрал последнее.
А Бог меня и правда любит. Исполняет заветные желания.
- Как ты понял? — это всё, что Адам решился сказать с тех пор, как мы вернулись из ванной. Он уже одет, и я поражаюсь тому, как может измениться человек внешне. При должном желании.
