Не то что я, бедная родственница."
"Блондинка с её мягкой, почти лицемерной улыбкой. Мне хотелось сказать ей: «Сними маску, я вижу, как ты оцениваешь меня». А женщина в блестящем платье? Она смотрела на меня так, будто я была какой-то ошибкой в её идеальном мире. Какая-то часть меня хотела показать им, что я тоже умею играть в эту светскую игру и быть равноправной им. Но другая… другая просто хотела, чтобы они исчезли, чтобы я не чувствовала себя лишней рядом с Тимуром.
Пока Тихий мило болтает, я едва удерживаюсь от того, чтобы не закатить глаза.
Эти две курицы, бросавшие на меня снисходительные взгляды, ведут себя так, словно я вообще не существую. Их осанка, улыбки, взгляды — всё в них кричит о превосходстве.
И вот что больше всего меня раздражает — Тимур похоже, даже не замечает этого. Ему всё равно, он привык к таким, как они. А я? Я, наверное, никогда не смогу стать такой, как они, даже если захочу.
Женщина в блестящем платье снова бросает на меня взгляд — в этот раз почти мимоходом, как на вещь, которая потеряла интерес.
Их с Тимуром разговор заканчивается, и они наконец отходят. Когда они исчезают из поля зрения, я выдыхаю, чувствуя горький осадок. Надо смотреть правде в глаза. Никогда я не смогу соперничать с такими женщинами.
Тимур поворачивается ко мне.
— Ты молодец, отлично держалась, — говорит он с лёгкой улыбкой, наклоняясь ближе. — Всё хорошо?
— Да, всё хорошо, — отвечаю я, но мой голос звучит чуть тише, чем обычно. — Тимур Эльдарович, можно вопрос?
— Тимур.
Просто, Тимур. Когда ты обращаешься по отчеству, это очень странно выглядит со стороны, — мужчина делает маленький глоток со своего стакана.
— Как скажите… Скажешь, — поправляю саму себя. — Как часто мы будем появляться на таких мероприятиях.
Тимур на мгновение задумывается. Он осторожно ставит свой стакан на стол рядом и вздыхает.
— Честно? Не так часто, как может показаться. Но в моей жизни такие мероприятия случаются, и тебе придётся привыкнуть к этому. — Он смотрит на меня внимательно, словно видит, что мне не совсем легко даются эти светские встречи.
— Я понимаю, что это не твоя среда. Меня самого подбешивают подобные лицемерные мероприятия. Но ты справляешься лучше, чем думаешь.
Вся эта светская жизнь с её притворством и скрытыми намёками кажется мне чужой и даже враждебной.
— Если тебе будет слишком тяжело, — добавляет Тихий, слегка касаясь моей руки, — мы можем сократить такие выходы. Это не должно превращаться в мучение.
