«Привет!
Решил не заходить лично, а передать с посыльным, чтобы лишний раз тебя не нервировать))
Ниже написал перечень оборудования и инвентаря, его нужно внести в ФЦП, а в договоре отметил пункты, которые не совсем понравились. Обсуди с шефом.
Соколова я предупрежу.
Хорошего дня!
С.»
– И тебе не хворать, – буркаю под нос, гася желание скомкать лист и баскетбольным броском отправить его прямиком в корзину для мусора.
Останавливает только то, что начальник явно попросит ознакомиться с запросом Султанова и его поправками.
А значит, стоит вначале все это оформить в соответствии с нормами делопроизводства, а потом уж хоть рвать, хоть кромсать, хоть превращать в пыль.
За полчаса до начала обеденного перерыва по внутреннему звонит Катюша и просит заскочить в бухгалтерию.
– Распишись, – подмигивает подруга после взаимных приветствий и протягивает мне бланк со списком премируемых сотрудников, – как обещала, ты первая.
– Премного благодарна, – хмыкаю, рассматривая абсолютно чистый бланк с фамилиями, заверенный первым заместителем, и тут же подначиваю, – а танцы, какие ты там обещала? Лезгинку, кажется? Тоже изобразишь?
– А то как же! Непременно, – совершенно не теряется Ионова.
– Кстати, на обеде я за тобой заскочу, пойдем прогуляемся по парку, заодно кое-что обсудим и кофе попьем.
Все происходит четко и последовательно по сценарию Екатерины. Без двух минут она появляется на пороге моего кабинета, а ровно в час мы обе уже одетые выходим из здания.
Погода радует солнечным погожим денёчком, отсутствием дождя и порывистого ветра.
Потому неторопливо, нога за ногу, прогуливаемся по липовой аллее в сторону пруда, где запасливая подруга достает несколько кусков батона, завернутых в целлофан, и кормим пузатых уток. Чуть позже с комфортом устраиваемся в небольшом, всего на пять маленьких круглых столиков, кафе и заказываем по огромной чашке горячего шоколада и по три больших, обсыпанными сахарной пудрой пончика.
– Мм-м, Машунь, как же я их обожаю, – делится впечатлениями Ионова и, совершенно не обращая внимания на посторонних, откусывает за раз треть булочки и закатывает в восторге глаза, – когда их вижу, обо всем на свете забываю, даже о диете.
Выпечка – моя слабость.
– Какая диета? Ты же тощая, словно весь месяц на хлебе и воде сидела, – подкалываю ее для порядка и тоже отправляю в рот приличный кусок теплого сладкого кругляша, обжаренного в масле. – Нее, Кать, сюда часто ходить нельзя, опасно для фигуры.
