В голове проскакивает шальная мысль избавиться от цветов, показательно запулив их из окна, или по-тихому выкинув в мусоропровод. Но как проскакивает, так и убегает дальше.
Цветы не виноваты, что их купил засранец, поэтому сую нос в самую гущу упругих бутонов и, прикрыв глаза, втягиваю невероятно очаровательный аромат. Шикарно.
Вот гад гадом, а букет выбирать умеет.
И заставлять думать о себе, кстати, тоже. Пока нахожу подходящую вазу, которых от бабушки осталось, как минимум, штуки три или четыре, наполняю ее водой и подрезаю кончики у стеблей, сама не замечаю, как проваливаюсь в воспоминания.
Официальное, если его можно так назвать, знакомство с Султановым, как и с Тищенко произошло примерно пять лет назад. Ну и с Черновым тоже, если уж говорить начистоту.
Это точно была суббота. Мы с моей, на тот момент единственной и лучшей, подругой пошли в клуб, чтобы расслабиться, повеселиться и потанцевать.
Никакой особой даты не было. Просто захотелось.
То, что Аленке нравится Чернов, она говорила. Но я особо не зацикливалась на информации, потому что в то же время ей нравились и Семен, только-только устроившийся в ее офис сисадмином, и Максим, шикарно смотревшийся в полицейской форме, и Денис, пригнавший из Москвы новую навороченную тачку и обещавший прокатить.
В общем, вкусы Макаровой менялись по пять раз на дню, и к этому я была привыкшая.
В клубе мы с Аленкой на какое-то время разделились. Я зацепилась языком со школьными подругами, а она ненадолго поднялась подышать свежим воздухом на открытый балкон в виде террасы, расположенный на втором этаже здания.
Устав ждать потеряшку, которая не появилась и через двадцать минут, хотя уходила всего лишь на пять, пошла наверх и застала довольно неприятную сцену: Чернов заблокировал Аленку у балконного поручня и, налегая на нее всем немалым весом, заставил опасно свеситься вниз.
Страх за подругу настолько застил глаза, что, ни о чем не думая, понеслась вперед. А когда подлетела к ненормальному, с силой его оттолкнула и запихнула Макарову за спину.
Только в тот момент заметила, что Аленка не только не была напугана, а, наоборот, хитро улыбалась, с интересом поглядывая в сторону Романа. Последний же, пребывая сильно навеселе, закусился на мой выпад.
Чернов сжал кулаки, хрустнул шеей и, как бык, двинулся вперед. Сказать, что я испугалась, ничего не сказать, но, вздернув подбородок, сама шагнула навстречу:
– Совсем офонарел, парень? Ты чего творишь? А если бы она свалилась? – тыкнула в широкую грудь пальцем.
