– Не совсем так, – поправил начальника Кудрявцев. – Егерь и его жена сами спустились в подполье. И лишь затем Осокин заставил их принять яд. Женщина умерла, когда сидела на бочке, а мужчина, очевидно, в тот момент, когда пытался открыть крышку люка.
Федоров очень внимательно выслушал пояснение Кудрявцева, после чего заметил:
– Женя, возвращение Осокина в тайгу, а также использованный им для убийства семьи егеря яд – это то, чему я не могу дать объяснение. Но оно есть! И мы обязаны его найти.
Только поняв логику диверсанта, поняв, что он замыслил, мы сумеем его перехватить! Только так, и никак иначе! – Перехватив непонимающий взгляд Кудрявцева, подполковник быстро спросил: – Вы осматривали дом. Обнаружили что-нибудь необычное?
– Да нет. – Евгений отрицательно мотнул головой.
– А другие строения? – Федоров указал взглядом на отдельно стоящую рубленую баню.
– Пока нет.
– Пойдем. Осмотрим вместе.
В отличие от дома входная дверь небольшой баньки оказалась незапертой.
Стоило Евгению потянуть за ручку двери, как она сразу же открылась. Переступив порог, Федоров и Кудрявцев оказались в небольшом предбаннике, в центре которого располагался сколоченный из обструганных досок стол. Вдоль одной стороны стола тянулась прибитая к стене деревянная лавка. Возле противоположной стены были аккуратно сложены пихтовые и березовые поленья, на которых стояла коробка с березовой корой и приготовленной для растопки бумагой. Федоров заглянул в коробку, поворошил рукой сваленную туда бумагу и достал из вороха пустую картонную упаковку из-под женских гигиенических прокладок.
– Узнаешь?
– Узнаю. – Евгений усмехнулся. – Моя Маша как раз такими пользуется. Правда, только по... особому случаю, – наконец подобрал он подходящие слова, – когда бикини надевает.
– Твоей жене сколько лет?
– Двадцать шесть, – не особенно понимая, куда клонит его начальник, ответил Евгений.
– А жене егеря было около сорока. Не думаю, что она носила такие узкие трусы, для которых предназначены эти прокладки.
– Значит...
– Здесь была еще одна женщина, причем гораздо моложе, – закончил за Кудрявцева Федоров. – И именно из-за нее Осокин изменил свои первоначальные планы... Дай мне рацию. Нужно срочно выяснить в дирекции заповедника, что за женщина жила в доме егеря.
Железнодорожный вокзал Южно-Печорска
12.54
Стен следил за движением секундной стрелки на своих наручных часах.
