— Я с тобой, — Даша решительно поднимается на ноги.
— Нет, останься здесь.
— Марат, я больше не могу просто сидеть! — она сжимает губы, злится. — Я хочу быть полезной. Помочь тебе.
Я касаюсь ее щеки, пытаюсь смягчить. Глаза вспыхивают возмущением, но в них ещё и страх. Внутри что-то неприятно сжимается. Я знаю, что она права. Оставлять её здесь — пытка для нее. Но тянуть за собой — смертельно опасно.
— Потерпи ещё немного, — прошу я мягко.
Даша смотрит в мои глаза, тяжело выдыхает. В груди растет что-то странное, непривычное.
Это не просто ответственность, не просто влечение. Это гораздо больше. И меня это пугает.
Я наклоняюсь, целую её. Глубоко, долго, будто хочу оставить часть себя.
А потом уезжаю. Снова на такси. Машина набирает скорость, а мысли скачут, сосредоточиться не получается. В висках стучит тревога, а в груди холодеет. Это ощущение я знаю. Оно всегда приходит перед самым худшим.
А если это её сестра?
Глава 34 Дарья
Марат уехал, и квартира сразу стала холодной и пустой. Я сижу за столом, глядя в монитор ноутбука, но не вижу на экране ничего осмысленного.
Слова сливаются, цифры теряют смысл. Тишина давит со всех сторон, словно стены сжимаются, оставляя меня один на один с нарастающей тревогой.
Я откидываюсь на спинку стула, закрываю глаза и глубоко вдыхаю. В груди неприятный комок, и чем дольше Марата нет, тем сильнее он становится. А если что-то случится с моей сестрой, он мне расскажет? Не уверена. От этой мысли по спине пробегает холод. Я сжимаю кулаки, стараясь не поддаваться панике.
Пытаюсь занять себя чем-то полезным. Снова ухожу с головой в ноутбук, перебираю бумаги, делаю пометки, но пальцы дрожат. Кончики пальцев холодные, но мне жарко. Дыхание становится сбивчивым, когда я перечитываю строки документов, надеясь найти в них что-то новое, что-то, что упустили все остальные. Но в голове гудит одно и то же: пока я сижу здесь, возможно, там.... Марат не спроста сорвался. И мне ничего не сказал.
Я резко поднимаюсь и начинаю ходить по комнате.
Секунды тянутся мучительно долго. Кажется, что прошло уже несколько часов, но, когда смотрю на часы, понимаю — прошло всего двадцать минут.
Солнце лениво пробивается сквозь шторы, утренний свет ложится полосами на пол. Вдалеке слышно, как оживает город: гудят машины, соседи хлопают дверями. Я подхожу к окну, отодвигаю штору и выглядываю. На улице ещё свежо, прохладный воздух проникает внутрь, но мне все равно душно.
Мне нужно что-то сделать. Что-то реальное.
