Расправив окровавленную одежду, он в один миг взлетел на черепичный карниз, преодолев эту преграду в несколько прыжков, и нырнул в раскинувшийся за дворцом сад.
— Учитель...
Чу Ваньнин не мог медлить ни минуты. Повернув голову, он бросил короткий взгляд на Сюэ Мэна, после чего обратился к Мэй Ханьсюэ:
— Пожалуйста, позаботься о нем, — и тут же взмыл в воздух, следуя за удаляющейся фигурой Ши Мэя.
В ловкости и легкости движений Ши Мэй не уступал своему учителю, так что какое-то время эти двое просто следовали друг за другом.
Ши Мэй никак не мог оторваться от Чу Ваньнина, но и Чу Ваньнин не мог его догнать. В мгновение ока они добрались до горы Хоу, но сцены, что предстала перед их глазами, оказалось достаточно, чтобы оба остановились и в ужасе замерли.
Глава 303. Пик Сышэн. Сюэ Мэн из прошлой жизни
После того как Чу Ваньнин применил технику Разрывания Трупа, перед Дорогой Мученичества образовалась бездонная пропасть. Словно шумный водопад, дождевая вода стекала в это ущелье.
Над пропастью спиной к ним стоял мужчина в черно-золотом одеянии. Сжимая длинный меч в вытянутой руке, он направлял бьющую из него энергию в небесную высь.
Услышав движение за спиной, мужчина чуть шевельнул пальцами и медленно повернул голову.
Это был Мо Жань!
Под завывания северного ветра сердце Чу Ваньнина словно разрубили топором. Все еще не веря собственным глазам, он уставился на человека перед собой… Как такое возможно?!
Бах!
Сверкнула молния и по небу прокатились мощные раскаты грома.
Бледный свет выхватил из тьмы окровавленное лицо Тасянь-Цзюня. Его вид был настолько ужасен, что Ши Мэй, не удержавшись, сделал шаг назад.
Чу Ваньнин же невольно сделал два шага вперед.
Кровавые пятна везде.
Не только все лицо было в крови, вся не скрытая одеждой кожа была рассечена так, что была видна окровавленная плоть. Он был похож на труп, который хотели расчленить, но из-за того, что лезвие было недостаточно острым, просто покромсали.
С ног до головы, все тело Тасянь-Цзюня было в рваных ранах, и только брови и глаза напоминали о том красавце, каким он был когда-то.
— …
Губы Чу Ваньнина побелели до мертвенной синевы. Стоя под проливным дождем, он смотрел на зверски порубленного его божественным оружием живого мертвеца.
Мертвец тоже смотрел на него черными глазами, в которых стояли кровавые слезы.
