Горе, страдание, жалость, сожаление… — абсолютно ничего этого не было. Лишь смертельно опасное спокойствие.
— Это заклинание постепенно проникало все глубже, подтачивая его изнутри, что в итоге нарушило его духовный поток и привело к остановке сердца. Так что твое драгоценное непобедимое оружие в конечном итоге все-таки будет уничтожено моими руками.
— …
— Сожалею, Хуа Биньань, но я не могу позволить вам всем вернуться домой.
Ши Мэй, похоже, никак не предвидел такого поворота.
Его лицо стало белее нефрита и холоднее самого толстого слоя льда. Он недоверчиво уставился на Чу Ваньнина, губы его слегка дрожали.
— Все кончено, — сказал Чу Ваньнин, и в его ладони вспыхнул яркий свет.
— С ума сошел?! — увидев этот золотой свет, Ши Мэй вдруг совершенно обезумел. С совершенно звериной дикостью в глазах он закричал: — Хочешь убить его?! В самом деле хочешь его убить… Хватит духу на такую жестокость… у тебя вообще есть сердце?!
Никому не ведомо, какие эмоции были сокрыты в глубине темных глаз Чу Ваньнина, когда он ответил:
— Я выдержу.
— …
Золотое сияние разгоралось все сильнее, лицо же Чу Ваньнина темнело на глазах. Пусть он был всего лишь отрезанной ветвью дерева Яньди, но у него все-таки было некоторое смутное представление о магии, что изначально была заложена богом земледелия в это божественное древо.
В свое время разработанная им для Тяньвэнь техника Десять Тысяч Гробов также возникла из неясных образов в его голове. Когда-то он полагал, что это была случайность, но позже он понял, что это не так.
Так как он был частью божественного древа, в нем остались запечатанные когда-то в это дерево заклинания самого Шэньнуна, так что ему нужно было лишь как следует напрячь память, и в его голове начинали всплывать воспоминания о множестве древних тайных знаний, таких как техника Пространственно-временных Врат Жизни и Смерти или доселе не использованная им техника Разрывания Трупа[299.
1].
Техника Разрывания Трупа была тесно связана со временами первозданного хаоса, что обрушился на мир после битвы богов и демонов. Согласно легендам, после той войны людской род понес особенно тяжелые потери.
