Все еще не придя в себя, куда медленнее, чем раньше, Чу Ваньнин предпринял еще одну отчаянную попытку:
— А что если… повторится та ситуация, как и тогда, когда образцовый наставник попытался силой забрать дочь? Что если в процессе похищения произойдет несчастный случай, и Ши Минцзин окажется раздавлен внутри закрывшегося пространственно-временного разлома. Ты…
На этот раз, не успев договорить, он услышал грохот.
Мо Жань вскочил с места и ударом ноги опрокинул стоявшее перед ним блюдо с фруктами.
Виноград, мандарины и сливы полетели в разные стороны, словно отрубленные головы убитых им людей. Наступающий на бессмертных Император просто переступил через них. Расшитые темными узорами в виде драконов красные сапоги на высокой деревянной подошве безжалостно давили рассыпанные по полу фрукты и ягоды. Виноградный сок на полу был похож на пятна крови, треснувшие сливы словно вышибленные мозги… Посреди этого кровавого моря и плавающих останков раздавленных ягод и фруктов Мо Вэйюй схватил Чу Ваньнина за грудки и уставился на него глазами жаждущего крови свирепого хищника.
"
"— Я знал, что он не нравится тебе, и ты желаешь ему смерти, — мрачно прорычал он, — однако не слишком ли ты ядовитая тварь? Несмотря ни на что, он ведь тоже твой ученик. Когда-то он боготворил тебя и верил тебе, а ты так проклинаешь его, Чу Ваньнин.
— Я не проклинаю его, а лишь говорю тебе правду.
— Да кто хочет слушать твою правду?! — рявкнул Мо Жань. — Если этот достопочтенный хочет этого человека, он разорвет пространство и время, перевернет небо и землю, но спасет его и вернет! Если этот смертный мир посмеет встать на моем пути, я просто уничтожу его, если тот «я» попытаюсь помешать себе, я убью того себя… если ты снова встанешь на моем пути, тогда…
Он задохнулся от гнева, его горящие безумием глаза чуть подернулись влажной дымкой.
Что тогда он сделает снова? Растопчет? Но он уже переломил хребет гордости Чу Ваньнина. Обесчестит? Но он уже давно женился на Чу Ваньнине, принудив его навеки связать себя брачными узами с мужчиной. Тогда, может, убьет его? Внезапно сердце сдавила боль. Он так и не смог сказать, что сделает, если настанет это «тогда».
В итоге Мо Жань в гневе ушел, оставив Чу Ваньнина стоять в одиночестве посреди пустого тронного зала.
