Рассудив, что много одежды — это как минимум неудобно, а как максимум может помешать побегу — вдруг всё же понадобится делать ноги, — я отбросила половину тряпок и оставила лишь то, что посчитала удобным: велосипедки и рубашку.
К этому моменту, когда я собралась выйти из комнаты, её всю заливал солнечный свет. Желудок сказал утробное «ур-р-р», на что я со вздохом погладила живот и отправилась на поиски пропитания. Я была уверена, что кто-то в замке быстро поможет и подскажет, в какой стороне находится кухня, или где здесь едят, но коридор за коридором, комната за комнатой — всё оставалось пустынным.
Более того, судя по скопившейся пыли на подоконниках и скудному количеству мебели, а также симпатичным восьмиглазым паучкам на стенах, здесь давно никто не жил. Ни хозяев, ни гостей, ни обслуживающего персонала… Странно.
Запустить лифт не получилось ни с первой попытки, ни с десятой, а потому я разыскала лестницу и исследовала этаж ниже. Здесь располагалось множество просторных залов с высокими керамическими кувшинами и фарфоровыми напольными вазами, стеллажами со смешными плоскими чайниками и чашками-напёрстками без ручек и узкими длинными мечами на мраморных пьедесталах под стеклянными крышками.
Моё внимание привлекли несколько восхитительных ковров, зачем-то приклеенных на вертикальные перегородки, и изумительные картины тушью по натянутым лоскутам шёлка. Не замок — музей искусств! Однако вся попадающаяся на глаза роскошь выглядела немного поблекшей, потускневшей, будто хозяева давно про неё забыли или она попросту перестала для них что-то значить.
Часть предметов даже находилась под чехлами. Я бродила по коридорам от одного к другому, с любопытством заглядывала под пыльные тряпки, шумно чихала и шла дальше.
Здесь были и чудные низенькие столики, едва доходившие до середины бедра, и множество разбросанных по полу подушек, и непривычные тканевые завесы вместо дверей. «Видимо, ткань для того, чтобы поглощать звук, но всё-таки дверь удобнее», — подумала я про себя. Помещения в замке оказались гигантскими, в такие влезла бы вся моя квартира, и ещё бы место осталось (иногда я натыкалась на очень толстые каменные стены), а уже внутри они разбивались на залы меньшей площади с помощью бумажно-деревянных перегородок и ширм.
У одной такой я остановилась, внимательно разглядывая нарисованное на ней озеро, плакучие ивы с тонкими веточками и грозную армию мужчин в золотых доспехах, над которой в воздухе вился длинный усатый дракон. Красиво.