Целую нежные губы, глажу скулы, смотрю в глаза, используя единственную возможность показать мое отношение — язык тела…
— Ну как, не страшно? — шепчу хрипло, выдавливая в ладонь каплю геля для душа.
— Еще не решила, — слегка улыбается она, стряхивая с лица и волос капли.
— Тебе нравится со мной?
— Разве это важно? — шепчет в ответ, отводя взгляд. — Вы можете не заботиться о моем удовольствии. Учитываются только ваши желания. Главное — чтобы вам было хорошо.
— А я хочу заботиться о нем. Об удовольствии вверенной мне содержанки.
Отвожу ее бедро в сторону и касаюсь пухлых, гладких складочек. И в глаза ей смотрю, наблюдая, как зрачки стремительно затапливают радужную оболочку. Ловлю частое, прерывистое дыхание, продолжая ласкать девчонку между ног. Вхожу в нее пальцами, а потом выскальзываю, как бы невзначай касаясь ее самого чувствительного места.
— Ах…
Она закусывает нижнюю губу и царапает мои плечи напряженными ноготками, едва стоит на ногах, часто дышит, откидывается к стене, позволяя мне видеть ее такой беззащитной.
Не выдерживаю — целую полураскрытые влажные губы, толкаюсь в ее рот языком, чувствуя, как по ее телу пробегает долгожданная дрожь.
— Тим… Крис всхлипывает. Обнимает меня, целует в губы — невесомо, нежно, беззащитно… А мне приходит очередная идиотская мысль насчет колонки, что она может вести. «Десять способов прикинуться беззащитной и слабой. И… дезориентировать мужика».
— Теперь твоя очередь, — шепчу, отрываясь от ее губ.
Кладу ее ладонь на возбужденный член.
— Как ты хочешь? — напряженно спрашивает она. Смотрит на него с опаской, как на гадкую змею.
— Продемонстрируй свое мастерство. Дина, — добавляю исключительно для того, чтобы ее позлить.
Крис сглатывает. Опускается на колени и неуверенно касается налитой головки языком. Ну вот ты себя и выдала, кукла! Никогда ты этого не делала!
Ее ладонь смыкается на моем стволе, другая гладит твердое как камень бедро. Крис целует его, черт бы ее побрал… Боится причинить мне боль, едва касается… А я не понимаю, отчего так радуюсь? Девчонка-то неумелая… Неопытная, чистая.
— Не мучайся, кукла. Иди сюда.
Помогаю ей подняться и разворачиваю к себе спиной. Вхожу во влажное, готовое для меня лоно, глажу нежный дрожащий живот, груди с крупными темно-розовыми сосками. Выскальзываю, а потом снова врезаюсь на всю длину. Похоть клубится перед глазами красным маревом, смешивается с непониманием и досадой.
