Особенно пристальное внимание, конечно, будет уделяться её новым знакомым. Но и старых никто не будет сбрасывать со счетов. Все мы понимаем, что их тоже могут задействовать в своих целях мечтающие меня достать.
Убедившись, что Семен все понял, как надо, я отпускаю его и возвращаюсь к работе. Вместе с Инной проводим короткий брифинг для прессы, комментируя одно неприятное событие, в коем западная пресса узрела наш след, и быстро сворачиваемся. Если я хочу успеть к Жанне, а я очень-очень хочу, мне нужно поторопиться.
Зажмуриваюсь в попытке вспомнить, когда в последний раз забивал на работу, чтобы побыть с женщиной, и не могу. Чувствую себя молодым раздолбаем. Улыбаюсь, открываю глаза и наталкиваюсь на пристальный Иннин взгляд. А я ведь с ней так и не объяснился…
– Что? – вскидываю бровь.
– Тебе нужно подстричься. Я запишу?
Лифт останавливается на нужном этаже. Смотрю и понимаю, что объяснять ничего и не надо. Инна слишком умная женщина, чтобы не понять, что происходит. Я вижу это в ее глазах.
Под легкой поволокой грусти.
– Инна Дмитриевна…
– Да? – ее глаза чуть расширяются. И только это выдает то удивление, с которым она восприняла это мое обращение."
"– Давайте вернемся к обращению на вы, как это положено.
Она медлит долю секунды, жадно вглядываясь в мое лицо. После чего коротко кивает и замечает ровно:
– Да, конечно. Так вас записать на стрижку?
Ни одна моя помощница этим не занималась.
Удивительно, как много всего я сгрузил на Инну, и даже того не заметил. А что еще могло уйти от моих глаз?
– Спасибо, не нужно. Просто оставьте номер этого…
– Барбершопа, – подсказывает она, зная, что я каждый раз забываю новомодное словцо. Извечный её повод для шуточек. Черт… Все же мне было с ней хорошо. Очень хорошо. Да... Уж не через неё ли меня пытались достать? Нет, вряд ли. Но этот вариант тоже не стоит сбрасывать со счетов.
Лифт останавливается. Я выхожу.
Стою некоторое время к ней спиной, но в последний момент оборачиваюсь.
– Инна…
Она обрывает меня, вскинув перед собой руку. Молчим. А потом она медленно качает головой, мол, не нужно. И я невольно задаюсь вопросом, когда же мы научились с ней говорить без слов? Мне, наверное, все же нужно что-то добавить, но я молчу, и мы стоим, сплетаясь взглядами, пока их не разъединяют захлопнувшиеся двери лифта.
Чувствую себя опустошённым. Впрочем, это поправимо.
