Кому же хуже?"
"- А куда ходите обычно? – поддерживаю светскую беседу.
- Тайка у меня! Личная! На родину укатила, зараза такая! А теперь вот к мымрам всяким, ааа!!!
Это я дотрагиваюсь до многострадальной поясницы. Руки у меня не холодные, разогретые маслом. Бедный мужик, эк его скрутило… он поэтому сейчас ругается и материться на весь свет, ибо мужчины вообще плохо переносят боль. Вот его бы заставить тройню рожать, да он умрет на первой же схватке! А еще говорят, сильный пол!
Мне не раз говорили, что руки у меня золотые.
Именно поэтому придя ко мне раз, клиенты остаются со мной на годы вперед.
Осторожными движениями массирую многострадальный крестец, стараясь не отвлекаться на великолепную накаченную задницу бандита. На своем веку задов мужских я повидала не мало. Так вот. Эта, по красоте и упругости получает у меня Оскар за главную мужскую роль! И ноги у бандита красивые. Длинные. Мощные. Накаченные. Волосатые. Каюсь – брутальные заросшие ноги – моя слабость.
- Эй, чучело огородное, ты – фея что ли? – баритон мужчины смягчается.
Из него уходит весь металл, который был впрыснут с кортизолом от стресса и сильной боли. Теперь я на девяносто девять процентов уверенна, что это Шторм!
- Полегчало? – участливо интересуюсь я, оставляя крестец и переходя по позвоночному столбу наверх, чтобы немного расслабить напряженную широкую, в косую сажень, спину.
- Мля… кайф!!! – подтверждает бандит. Да и я, по реакции его мышц и мускулов на массаж вижу, как боль в спине потихоньку отступает, давая бедолаге долгожданное облегчение.
– Фея!!! Настоящая фея!
- А вы говорили, чучело огородное, - решаю поощрить мужчину, повторяя контуры татуировки на спине, в виде когтей тигра, вспоровших его кожу.
- Ну страшная, да, стремная как баба, что тут поделаешь? – рассуждает засранец, - но руки у тебя золотые!
ГЛАВА 3
ГЛАВА 3
Ирина
Мои подвижные пальцы, разогретые маслом, попадают в ложбинку от шрама, хорошо перекрытого татуировкой.
Пулю что ли схлопотал? Становится страшно! Ну точно, это – Шторм! Только он мог пулю спиной поймать! Холодею изнутри.
Еще бы миллиметров пять вправо, и мужчина бы остался в инвалидном кресле на всю жизнь!
Шторму невероятно, просто феерически повезло! У него просто побаливает спинка на дождь, а мог бы обездвижиться весь нижний этаж!
Одиннадцать лет прошло! Не думала, что когда-нибудь увижу отца своих сорванцов снова! Но вот он – лежит сейчас на кушетке, задницей кверху, во всей своей красе!
Мы с ним расстались внезапно.
