- Старик говорит, что сыновья на вас очень похожи! – переводит парень.
Застываю как вкопанный. Рассматриваю Севу и Колю.
- Это – не мои сыновья. – говорю с сожалением.
Старик выслушивает перевод, затем качает головой и снова прищуривается, будто знает в этой жизни все.
- Старый Ной Ти говорит, что сыновья – твои. Кровные. Он чувствует.
В полном смятении ухожу на палубу баркаса, где Сева и Коля вглядываются в даль океана.
- А где ваш папа? – спрашиваю их напрямую.
Сева нахмуривается, а Коля просто отвечает:
- Нету.
- Он у вас был? Вы видели его?
- Я плюну ему в рожу, если вдруг увижу! – мрачно заявляет Сева.
Почему-то вздрагиваю от этих слов. Внутренне.
- Когда у вас день рождения, говорите?
- Мартовские мы. Как котики! – а Коле, похоже все равно на эту тему. По крайней мере, он хотя бы готов говорить на нее.
Задумываюсь. Меня подстрелили в сентябре. Если та Иришка забеременела бы от меня, то дети родились бы в мае. А эти – мартовские. Несостыковочка.
И мне самому тошно от этой самой несостыковочки.
Ну да ладно, подожду отчет Хряка. Что-то он затягивает с ним.
- Дядь Марат. – подходит ко мне Сева, когда рыбаки отвлекаются и занимаются своими делами. – С мамой что-то не то.
- Что с ней? – напрягаюсь я.
- Ее тошнит.
- Может, отравилась чем-то? Или климат сменила.
- Вот и она говорит нам – что акклиматизация у нее. Но мы не верим.
- Почему? – вот так номер! А я думал, что у Ириши с детьми доверительные отношения.
- Позавчера она упала в обморок, вчера ее тошнило после завтрака, когда ты был на рыбалке.
Может… с ней что-то случилось? Как думаешь?
- Сева, - осторожно отвечаю я. – я думаю, что, если бы с ней что-то случилось, она бы вам рассказала.
- А может, она боится рассказать? Может, ты у нее сам спросишь? Или к врачу отведешь?
Сева прав. Мне стоит быть более внимательным к Ирише. Я ведь сам было подумал про ее проблемы со здоровьем, а они оказывается, есть на самом деле. И даже дети уже забили тревогу. На вилле есть врач. Я обязательно уломаю ее посетить его.
* * *Ирина
Ворочаюсь в кровати после того, как отправила сыновей с Маратом. Переживаю за них. Игрушка мирно сопит в своей кровати. Осторожно встаю и иду завтракать.
После завтрака меня привычно полощет в туалете. Хоть заново иди на завтрак, потому что ни крошки не задержалось.
Уже чувствую, как начала немного худеть из-за токсикоза, хотя животик постепенно появляется.
- Мама! С тобой все хорошо? – слышу сонный Игрушкин голос из-за двери.
