С именинника слетела надменная маска и обнажила простого парня с приятным смехом и безобидными шутками. Кем он приходился Уайту, определить я не могла. В его биографии не значились братья, но некое сходство в их внешности и манерах имелось. Сейчас Максвелл выглядел до тошноты гармонично, но вполне вероятно, что в возрасте Кайлеба он был таким же дёрганым и наглым парнем.
Мой интерес плавно перетёк влево, и маленькое веселье мгновенно испарилось под пристальным и крайне недовольным взглядом Мейсона. Удивительно, что он был направлен на Стеф, которая ворковала с Аланом и, казалось, совсем не замечала чужих яростных вибраций.
Между ними что-то было?!
– Я видел твой последний бой, Велл, – с неприкрытым восхищением в голосе громко произнёс светловолосый парень, сидящий напротив Алана. – Ты просто зверь! Думал, он сдохнет…
– Хантер! – резко прервал его Кайлеб и опасливо покосился в сторону Максвелла, выражение лица которого никак не поменялось после услышанного. Лишь взгляд стал тяжелее.
Твёрже. Он словно прибивал к полу, и блондин, не выдержав давления, упёрся глазами в стол.
Что за бой? Разве Максвелл продолжал драться? Я ничего не слышала о том, что Белый Волк вернулся на большой ринг. А я не могла такое пропустить!
– Зачем же так грубо, Кай, – мягко упрекнул его Максвелл и вновь посмотрел на блондина. – Тебе понравился бой, Хантер?
Парень неуверенно кивнул.
– А что именно тебе понравилось? – спокойно продолжил Уайт, но мне совсем не нравилось закулисье. Там творилось нечто демоническое.
На самой грани. – Его крики? Или, может, хруст костей?
– Велл…
– Закрыл рот.
Кайлеб недовольно поджал губы, но, к моему невероятному удивлению, послушался.
Что, чёрт возьми, здесь происходит?
– Не слышу ответа, Хантер. – Уайт склонил голову набок, хищно рассматривая парня, у которого от волнения на лбу выступили капли пота. – Или ты хочешь поучаствовать?
Глаза блондина расширились до невероятных размеров. Он боялся.
– Побудешь на его месте, – Максвелл и не думал успокаиваться.
– Мне нравится эта идея, а тебе?
Все молчали, испытывая неловкость, и лишь Алисия, вообразив себя непонятно кем, уткнулась в шею Уайта и мерзко захихикала.
Этот звук снёс к чертям чувство самосохранения. Растворил без остатка. Обжигающее предвкушение поползло по венам. Страха не было. Только злость, вкус отчаяния и желание причинить боль человеку, которого я совершенно незаслуженно наделила качествами, которыми он не обладал.
