Поэтому кулеша хватило для того, чтобы всем гостям выдать более-менее разумные порции и таки накормить.
Посидели.
Поболтали.
И Андрейка с Афанасием отправились в землянку. Дела обсуждать.
Вошли. И священник замер, не решаясь шагнуть вперед.
– Отчего, ты чего? – удивился парень.
– Лампа.
– Что лампа?
– Отчего она у тебя как ярко светит?
– Так я масло на заячьем помете настаивают. Слышал бабки на торгу болтали о том. Думал шутят. Ан нет – вон, глядите.
– Почему у тебя лампа так ярко светит? – серьезно спросил Афанасий, пропустив мимо ушей шутку отрока.
– Потому что масло лучше горит. Смотри, – сказал Андрейка и закрыл пальцами дырочки у основания трубки на крышке лампы. И огонек тут же уменьшился до обычных размеров. Убрал руку. И он почти тут же разгорелся. – Это лампа такая. Дышащая.
– Откуда она у тебя?"
"– Сам сделал.
– Сам? А надоумил кто?
– Никто. Наблюдал за костром и задумался. Если бросить сухой листик в костер сверху, то оно, скорее всего туда не упадет. Его отнесет в сторону.
А возможно и поднимет. Из чего я сделал вывод что от огня воздух почему-то идет вверх. А если идет вверх, то и увлекается за собой остальное. Если же дуть сильнее на костер, то он лучше разгорается. Вот я и подумал, что дуть может сам огонь. Попробовал. У меня получилось.
Афанасий покачал головой.
Протянул руку к лампе. Зажал дырочки в основании лампы. И огонек резко уменьшился. Отпустил. И он снова разгорелся ярким пламенем.
– Диво, – покачав головой он. Приметив, впрочем, что на лампе имелось несколько украшений в виде креста.
Андрейка от греха подальше их сделал, чтобы никому в голову не приходило называть лампу бесовской поделкой. – С очагом тоже сам удумал?
– Чтобы без дыма?
– Да.
– Тоже сам.
– Дивно-дивно. – покивал Афанасий. – Повторить сможешь?
– Я не ремесленник, – достаточно строго произнес Андрейка. – То, что себе от безысходности сделал, не значит, что буду промышлять.
– Если я к тебе пришлю ремесленников, их обучишь?
– А какая мне с того выгода? Сам понимаешь, я это придумал и хотел бы за свою выдумку какую-любо пользу поиметь.
Иначе не справедливо выходит.
– А что ты хочешь?
– Секрет лампы не велик. Начнешь делать и торг вести – сразу повторять начнут. Посему, мню, недурно было бы, чтобы Мать-церковь испросила у Государя нашего жалованную грамоту на их выделку. Чтобы никому больше такие лампы не мастерить для продажи. Хотя бы лет на двадцать. Мне же с того часть сотую хотелось бы.
