Мужчина был в полных латных доспехах, на коне и при внушительном копье, а женщина в простой одежде и с коротким мечом в одной руке. Во второй руке она держала кинжал обратным хватом, что создало впечатление, будто она хороша в боевых искусствах. На мой взгляд преимущество было у мужчины, и довольно весомое. Но едва начался бой, как эта груда железа полетела на землю и его немного притоптал конь. Бой остановился, и возле лаодикейца мы узрели женщину, прижимающую кинжал к его горлу. Всадник поднял руку в знак поражения, и на этом поединок был окончен.
– Бин, пусть завтра она явится в замок, я хочу с ней поговорить. – глядя на воительницу, тихо сказала я.
– Будет исполнено, госпожа. – почтительно склонился секретарь.
– Самоучка, но талантливая. В храме из нее сделали бы превосходную стражницу. – вдруг сказал Тиль.
– Лучше, чем ты? – хитро прищурилась я, а парень возмущенно вскинулся.
– Никого нет лучше меня! – похвалил себя монах, а я лишь тихо усмехнулась. Есть предположение, что кто-то слишком хорошего о себе мнения.
Ну да ладно, его дело. Однажды каждый встретит того, кто будет лучше.
С этого момента бои стали в разы интересней. Горожане громко поддерживали появляющихся на арене бойцов, а те и рады стараться, показывая все, на что способны. Так мы с Бином и продолжали в своем узком кругу обсуждать бойцов, принимая разные решения, пока на ристалище не вышел... мой давний знакомый.
– Следующий бой между представителями Артахана и Лаодикеи! – провозгласил устроитель, вчитываясь в свиток со списками.
– В схватке сойдутся Месхиф, сын Сехива, и... и... Его Высочество князь Ван Лин!
По сути ""ван"" и было титулом, равным принятому в Нортании князю. Если говорить о Сихейме, то Ван Лин был равен по положению Тилю. Лин – имя правящего рода Лаодикеи, а сам мужчина был восемнадцатым братом императора далекой страны на востоке. Ван Лин был молод, высок, силен и образован, поэтому я даже не удивилась, когда его уверенная улыбка эхом отразилась где-то на скамейках восторженным женским вздохом.
Многочисленным вздохом. Тиль прищурился, а я поднялась с места и склонила голову, как предписывает в подобных случаях дипломатия Сихейма. Интересно, если бы впечатленные женщины узнали, что у князя в гареме порядка семи наложниц, они все еще восхищались бы им? Удивительно, но на восточном материке многоженство почти обязанность правящей семьи. Как, впрочем, и в Артахане.
