Вейн, неужели тебе неинтересно, почему бог выбрал его? Что в нем такого особенного, что Единый одарил его своей милостью? Мне вот очень интересно. Я с двенадцати лет пытаюсь найти ответ на этот вопрос.
– Хель, дочка, я понимаю твои чувства, но это слишком опасно. – захлопотал вокруг меня дедушка, хватаясь за голову. – Раскрываться перед служителями бога очень глупо. Что, если он бил не в полную силу? Что, если он тебе навредит? К тому же он выше тебя по статусу, его совершенно точно будут искать.
– В таком случае не показывайся ему на глаза, чтобы не попасть под удар.
Если я окажусь повержена этим человеком, значит, его вера сильнее моей боли и все будет заслуженно. – решительно поднимаясь с места, ответила я. – Но до тех пор я отказываюсь принимать эту несправедливость. Я хочу знать, за что я страдаю. Я хочу знать, кто повинен в моей искалеченной жизни. Либо поддержи меня, либо уйди с дороги.
– Знать она хочет. – заворчал старик, глядя на меня исподлобья. – Ответы ей подавай. Мы тут которое тысячелетие над этими вопросами бьемся, а ей за один день все знать надо.
И что ты будешь делать с этими ответами? Что, если виноват окажется не тот, на кого ты думаешь? Не боишься еще большего разочарования?
– Такая уж у меня натура. Очень въедливая и мстительная. – пожала я плечами, складывая книги и относя их обратно в хранилище. – Кто бы ни оказался повинен в случившемся, ему не удастся уйти от наказания. Доколе ему позволено играть с нашими жизнями? В эту игру, старик, можно играть вдвоем.
И я уже начала. Избранник бога согласился, что самооборона допустима. Это первый и самый опасный шаг для него. Так что в своей победе я уверена. Первое впечатление такое, что бог выбирает только тех, кем можно управлять и кто не будет раздумывать над заветами. Но этот парень не выглядит тупым. Думаю, не все так просто с этим их даром.
– Ты слишком недооцениваешь их силу, Хелира. – покачал головой старик, очень странно на меня глядя. – Знаешь, когда избранники получают свое благословение? Когда успешно проходят одно испытание.
Нужно выбрать между разумом и сердцем, и сердце должно перевесить. Они должны искренне принять все заветы и последовать им даже в самых сложных ситуациях, когда разум просто вопит о неразумности такого поступка.
– Как же они доживают до совершеннолетия? – поинтересовалась я, запечатывая хранилище."
"– Никак. – развел руками колдун. – Во время испытания они погибают, а бог возвращает им жизнь вместе с даром.
