Обдумай все, что я тебе сказала сегодня, а завтра... Завтра я вернусь. Мое обещание остается в силе. Ты либо силой отсюда вырвешься, либо попытаешься убедить меня отпустить тебя. Мне давно было интересно, чем такие, как ты, лучше меня, что вас выбирает сам бог. И я это узнаю. Доброй ночи, Тиль.
Развернувшись, я пошла к двери. Мой пленник не окликнул меня, не попытался снова напасть или сделать хоть что-то. Он так и сидел на пыльном покрывале в пустой сырой комнате. Завтра отправлю Эстара прибраться там. Я ведь не зверь какой.
..
В тишине комнат своих покоев я сняла траурное облачение, бережно вешая платье на кресло. Ему на смену пришло новое платье, ничем не отличавшееся от предыдущего. Так я и легла на кровать поверх одеяла. Сил не было звать слуг, чтобы сменили белье, которое замарали своим присутствием два наглеца.
Я не считаю, что наглость – это плохо. Но за нее надо уметь отвечать. Иначе она становится безрассудством, которое должно быть наказано. Это первый урок, который должны усвоить Антильмарий и Эстариот.
"
"Заложив руки за голову, я свободно пропускала через себя холод приближающейся зимы. Сегодня слуги не топили камин в покоях, расслабившись за время моего отсутствия. Ничего, завтра напомню им, как надо служить. Я закрыла глаза и уснула, а снился мне все тот же кошмар. Ухмылка неизвестного, чье лицо я никак не могла рассмотреть, и орды чудовищ, пытающихся меня догнать. В своих снах я никогда не имела способности колдовать, и все, что я могла делать, это убегать.
Даже ночью мне покоя не было.
***
Когда герцогиня покинула комнаты своего пленника, Великий герцог еще какое-то время сидел, схватившись за голову. Все произошедшее просто не укладывалось в его понимании. Вдруг, что-то для себя придумав, он поспешно встал с постели и подошел к двери. Черная завеса на ней струилась тьмой, роняя пепел на пол, который тут же исчезал, будто его и не было. Тиль протянул к потокам темной энергии руку, но она обожгла диким холодом его кожу, и тот отдернул ладонь, зашипев.
Вторая попытка освободиться была с применением божественной силы. Окутав свою ладонь сиянием, Антильмарий Вайхош вновь попытался коснуться завесы тьмы, но свет бессильно погас, столкнувшись с колдовством герцогини.
– Не может быть. – отчаянно прошептал он, глядя на невредимое плетение, которому его благословение было совершенно нипочем. – Не бывает такого мощного колдовства. Просто не бывает...
Ситуация явно выходила из-под контроля молодого дворянина.
