""
Я медленно смяла тонкую бумагу в руках – единственный жест недовольства, который я себе позволила.
Альмалоном они не довольны, но помощи прислать не могут. Видать, я должна была бороться с бунтом стоя на коленях в храме Единого. Собрание лордов они, видите ли. Посмотрела бы я на вас, будь вы на моем месте. Как бы спасали положение? Писали жалобы королю? А когда нортанийцы дошли бы до юга, сбежали бы, как крысы позорные. Или сдались врагам. Разница не принципиальна.
– Боюсь, Кергал, тебе снова придется отправиться в путь.
– сказала я, собирая бумаги в стопку.
– Всегда готов, госпожа. Приказывайте. – с готовностью отозвался посол.
– Нужно доставить письма в Ведомство Картографии, Палату Лордов и, разумеется, королю. Посети пока походную кухню. Я призову тебя, когда все будет готово. – отдавала я указания, а сама мысленно уже составляла тексты писем. Нужно оповестить королевское сообщество об изменениях на карте нашей страны.
– Слушаюсь.
***
Оставшись одна в шатре, Хелира приступила к составлению посланий.
Она была уверена, что уж без нее точно не справятся с заговором в столице. Юности свойственно отрицание, увы.
Бывший начальник замковой стражи тем временем понуро сидел на бревне возле походной кухни с чашкой каши в руках и слушал рассказы солдат о том, как беспощадно отомстила за него герцогиня. Пока солдаты восхищались своей госпожой за то, что она всерьез готова заступаться за своих подданных и вести армию в бой, Кергал со стыдом осознавал, что он стал причиной чудовищной жестокости, на которую пришлось пойти его маленькой госпоже.
В его глазах она все еще была маленькой девочкой, которая с тоской смотрела на миску невкусной ухи в свой первый день в замке Дарании.
А еще он понимал, что госпожа уже тогда, когда отправляла его к королю с сообщением о заговоре, знала, что именно случилось с ним во время дипломатической миссии по графствам. Он никому не рассказывал всей правды, но она все равно узнала. Как? Как она узнала? Кто рассказал? Наверное, только сейчас он окончательно понял, что перед ним больше не маленькая госпожа, а истинный лорд самого большого герцогства Сихейма.
Человек, которого скоро будут уважать и... бояться. Подданные ее любят, солдаты ей восхищаются, но почему же ему так горько от того, что с ней стало? Почему ему кажется, что Хелира тонет?
И эти слова о том, что она навечно останется в трауре... Это ведь не потому, что она скорбит. Кроме уважения между ней и покойным лордом ничего не было, дело не в нем.
