Тот, словно принимая правила им самим спровоцированной игры, на крутом вираже вновь заходил над полем, уже на заходе обрушивая на пулеметные расчеты врага всю мощь своей пушки.
— Эх, отчаянная голова. А вишь, и правда, жарит фашистов, точно шкварки… — не переставал приговаривать старшина.
— Сорви голова. Видно, что из молодых… На рожон лезет… — резонно заметил Заслонов.
— Уймись, Никодим, — тут же урезонил его Кармелюк. — Если б он на рожон не лез, щас бы фашист со своими пулеметами к нам в овраг лез бы… А он, вишь, грамотно действует.
На вираже еще цели выбирает и издаля по ним бьет. Башковитый… — комментировал старшина.
Внешний вид этой небольшой, но бесстрашной машины, с непропорционально большим по отношению к хвосту носом, действительно напоминал Андрею какое-то добродушное, широколобое существо.
Полыхнул еще один танк. Тот, что успел ближе других, метров на тридцать, продвинуться к позициям роты. Рвануло сзади. Горящее топливо расплескалось по всей броне, залив башню.
— Гляди, как его, маслицем… Точно карася на сковородке… — ахнул старшина.
Сразу несколько очередей расчертили безоблачное октябрьское небо. Немцы били по истребителю с пяти точек. Сначала пулеметные пунктиры болтались в воздухе каждый сам по себе. Но постепенно они скрещивались, пытаясь поймать летающую машину с красными звездами на крыльях и фюзеляже. Тогда самолет взял еще ниже и понесся почти над самыми головами испуганных фрицев. Кучность их стрельбы разрушилась, но несколько очередей достигли цели.
Из оврага было отчетливо видно, как несколько пуль прошили поверхность коротеньких, но мощных крыльев, продырявили левый бок округлого фюзеляжа. Все замолчали. «Сейчас задымит…» — с отчаянием и досадой пронеслось в сознании Андрея.
Но широколобый оказался на редкость живучим. Словно насмехаясь над потугами врага, И-16 свечкой ушел ввысь и, описав захватывающую дух дугу, пристроился в хвост своему ведущему. Тот сопровождал возвращавшихся на второй заход бомбардировщиков.
— Ну, сейчас наши им устроят цыганочку с выходом, — затаив дыхание, почти шепотом проговорил Кармелюк.
Оба Пе-2 и сопровождавшие их истребители, наверное, решили за второй заход избавиться от всего боекомплекта. Как говорится, чтобы по третьему разу не возвращаться к недоработкам. Бомбардировщики шли по центру, рядом, на небольшом диагональном расстоянии друг от друга. Истребители—в охранительной позиции по флангам.
