Карета стояла посередине подъездной аллеи, это было понятно по силуэтам деревьев, которые серебрила луна.
- Куда-а-а?! – заревел кто-то из мужчин. – Держи! Убегёт!
Но бежать я не собиралась. Какой смысл? Мне нужно было показать, что со мной такие номера не пройдут. Да, с несколькими нападающими справиться нелегко, но и я не из простых.
В такой ситуации главное - быстро перемещаться в сторону ближайшего противника так, чтобы его подельнички на какой-то момент оказались за его спиной, мешая друг другу.
Так и получилось. Сначала на землю спрыгнул тот, кто сидел на козлах, сжимая в руке хлыст, а следом из кареты вывалились Гришка с Емелей. Хорошо хоть луна в эту ночь светила ярко, позволяя мне видеть нападающих достаточно хорошо.
Нужно было воспользоваться этим моментом сполна, чтобы вывести из боя ближайшего ко мне соперника. Кроме вольной борьбы я владела еще кое-какими навыками, поэтому надеялась в данном случае именно на них.
Быстрота, решимость и точность.
Этим я уж точно могла похвастаться. Ударив конюха в пах, я толкнула вопящего от боли мужчину прямо на его друзей, не ожидающих от меня такой прыти.
Но останавливаться было нельзя, поэтому моментально переместившись к следующему противнику, я ударила его кулаком в горло. После чего, выдвинув средний палец в том же кулаке, я хлестким ударом «прирядила» третьему мужчине в глаз.
Вой стоял на всю аллейку, но меня уже было не остановить. Схватив брошенный конюхом хлыст, я принялась бить им мужчин, помогая себе ногами.
Мадам Валуева проснулась в этом теле и заревела так, как это было на ковре, когда я переполнялась адреналином. За это меня ругали, но ничего поделать так и не смогли.
- Убью-ю-ю! Переломаю-ю-ю! – рявкнула я после того, как прокричалась. – Мокрого места не оставлю-ю-ю!
Мужики ползли прочь от меня, вставали и падали, и когда им, наконец, удалось отбежать подальше, я услышала, как они причитают:
- Господь милостив, спаси и сохрани! Царица небесная! Николай Угодничек! Дьявол спустился на землю!
- Вот так вот… Вот и все… - мое дыхание было сбивчивым, сердце еще ухало в груди, а адреналин все еще блуждал в моей крови.
Нужно успокоиться.
Отшвырнув хлыст, я пошла к дому, сжав кулаки. Господи, дай мне силы не прибить мачеху прямо сейчас. В здешнюю тюрьму не хотелось. До моих ушей донесся звук мчащегося прочь экипажа, и я довольно улыбнулась.
Дверь оказалась закрытой.