Нужно! Только как это сказать? Как назвать, как объяснить то непонятное, что тянется за тобой из прошлого, будто вцепившаяся в сапог змея – и не убьет, и сама не отвалится.
– Маркиза, прошу простить, мне надо идти.
– Как и мне. Вам хочется молчать и бежать, а придется танцевать и беседовать о роскошном празднике и любви к Талигу и юному королю. Вы уверены, что никого не убьете?
– Не убью, просто прослыву грубияном.
– Если вы рискнете перебежать двор без плаща, я вас проведу в обход.
– Буду… признателен.
Не ответила. Пошла чуть впереди, став окончательно непонятной. Неужели они вместе ловили молнии, как каких-то бабочек? Неужели Эрвин ошибся?! Он не мог солгать, как и Катари, но сестра порой перескакивала с одного на другое, думаешь, она говорит о себе, а она уже жалеет Айри или, чтоб ей провалиться, Дженнифер.
– Здесь поворот и сразу будут ступеньки. Три подряд и отдельно четвертая, на ней часто спотыкаются.
– Спасибо.
Почти тьма, только в высокие окна-бойницы струнами тянутся серебристые лучи.
Братьев Эпинэ, как и положено, учили играть на лютне, но он не трогал инструмент годами, а потом вырвал лютню у придурка Дейерса. Что-то орал, разбил в кровь пальцы, а сегодня, сам себя не помня, бросился в танец и продержался до конца. Не сбился, не задохнулся, не оттоптал ничьих ног, только сердце колотилось, да явь мешалась не то с бредом, не то со сном… Гроза, неведомая площадь, винно-красные цветы, хотя цветочные гроздья в черных волосах были на самом деле.
Много лет назад и сегодня… Цветы могут пережить человека, пережили же маки сестру, но даже одна зима для них слишком. Прошлое мертво, как мертвы братья, сестра, Марианна, Никола… Весной расцветут другие маки, надо сегодня же написать в Эпинэ! Овцы – это разумно, они принесут доход и позволят накормить беженцев, но в Грозовых холмах блеющим отарам не место, пусть там и хорошие травы. Пока хозяин замка – он, алые поля будут тревожить лишь кони да жаворонки…
Лунная струна касается щеки, скользящий чуть впереди женский силуэт исчезает, это не чудо, это обещанный поворот, а вот и лестница.
Скрипнул, словно тихонько засмеялся пол, на плечи уверенно легли чьи-то руки.
– Маркиза?!
– Нет… Наш танец не кончен, а незаконченный танец – это яд… Он не убьет, но вы больше никогда… никогда…
– Но…
– Наши танцы кончаются поцелуем. Вы его выиграли, вы продержались дольше всех, ведь соберано не считается.
Вечность спустя они вернулись.
