Вообще-то это было прекрасно, но не сейчас…
Мясо кончилось, осталось молчание, а для того, чтобы положить еще, требовалось снять крышку, которая наверняка бы стукнула. Виконт пошарил глазами по столу, обнаружил письмо Сэц-Пуэна и тихонько ухватил. Через пару страниц стало жаль еще и фок Варзов с племянником, а разбуженная память подсовывала все новые и новые подробности, настырно доводя если не до слез, то до желания швырнуть в стенку чем-то тяжелым. Назло паршивому шару, так и норовящему прикончить или изувечить какого-нибудь симпатягу, которому бы жить да радоваться.
Или хотя бы дождаться, когда над Доннервальдом вновь заполощется Победитель Дракона…
Очередное змеиное шипенье в гостиной положило конец как непонятно откуда выскочившим мыслям, так и материнской отрешенности.
– Три четверти, – негромко произнесла графиня, – дитя мое, нам пора. Мой плащ на кресле, попробуй явить куртуазность.
– Сейчас, – Арно сдержал телячий порыв, за который через пять минут стало бы стыдно. – Прошу вас, сударыня…
– Нет, это я прошу! – отрезал с порога Алва, и мать поднесла руку к воротнику.
– Арлетта, вы выбрали не тот плащ. Удачно, что Валмон озаботился прислать мне фамильные перья, и еще удачней, что я в них. Госпожа графиня, повернитесь.
Она молча повернулась, позволяя закутать свои плечи синим атласом. Вспыхнул сапфир в рукояти кинжала за регентской спиной, словно подмигнул.
– Росио, – окликнула мать, – ты замерзнешь.
– Не успею. Мы пройдем через новую тессорию и Старый Арсенал.
– Да, конечно… Ты же здесь все знаешь.
– Как выражаются некоторые теньенты, «так получилось». Арно…
– Да. – Как же его сейчас, именно сейчас, называть? Не «монсеньор» же! – Да…
– Спутником графини Савиньяк сегодня буду я.
– Тогда, – виконт поймал материнский взгляд и старательно пошутил, – я буду подбирать платки в мундире.
Фразочка вышла, мягко говоря, корявой, но мать поняла и даже улыбнулась.
3"
"Первый раз она появилась в синем плаще перед свадьбой Фердинанда, до этого вдовствующей графине Савиньяк удавалось отсиживаться в Сэ.
Предел, однако, есть всему. Срок траура, который она не носила, давно истек, а лучшая подруга выдавала замуж дочь. За короля. «Ты не можешь не появиться, – заявил братец Гектор, потрясая монаршим приглашением, – твое место возле трона», и она появилась. Большой праздничный туалет заказал в Алате Бертрам, Арлетта не вмешивалась, но черное платье с алыми, вышитыми золотом кружевами, в Олларии вспоминали долго.
