– Не слышала про такого, – честно призналась нянька, разглядывая пса. – Он правда не тронет?
– А вы его погладьте. Готти, это…
– Теодора, – подсказала Октавия.
– Теодора своя, – с нажимом закончил Арно. – Готти, подойди. Ваше величество, позвольте.
Король насупился, но волкодава выпустил; освобожденный от царственных объятий Готти вильнул своим обрубком и сделал крохотный шажок в сторону Теодоры. Женщина с сомнением посмотрела на предполагаемого людоеда, однако не завизжала. Всё сулило благополучный исход, но дворик у галереи в это утро был едва ли не самым оживленным местом Старой Придды.
– Доброе утро, герцогиня, – Валентин безупречно поклонился безупречной же даме в черном с серебром плаще и шапочке из седоземельских мехов. – Прошу извинить наш с виконтом вид, мы не рассчитывали встретить здесь его величество, ее высочество и вас.
– Разумеется, не рассчитывали, – согласилась бывшая маркграфиня. – Карл, Октавия, ваше поведение мы обсудим в другом месте. Немедленно возвращайтесь в тепло.
Теодорина, проследите, чтобы его величество немедленно переобулся.
– Да, ваша светлость!
– Ступайте.
Король исподлобья зыркнул на взрослую кузину, но буянить и упираться не стал. Октавия хмуро перебросила косу на грудь и взяла брата за руку."
"– Мы увидимся, – пообещала она Арно, – скоро…
– Да, ваше высочество. – Вежливость требовала проводить столь высоких гостей, и Арно проводил. За поворотом виднелась слегка приоткрытая дверца, которой, надо думать, августейшие проказники и воспользовались.
На пороге Октавия обернулась и послала Арно воздушный поцелуй. Виконт в ответ поклонился.
– Вы вызываете вполне объяснимое восхищение, – улыбнулась замыкавшая шествие герцогиня, – но если вы задержитесь, в Старой Придде войдут в обычай дамские дуэли.
– Вряд ли, – не согласился начинающий ощутимо мерзнуть Арно. – Из-за моих братьев ничего особенного не происходит… По крайней мере, из-за Эмиля.
– Вы себя недооцениваете, – сестра Гизеллы небрежно поправила плащ.
– Что ж, желаю удачи в столь важном для мужчин деле.
– Как старший по званию, благодарю вас за себя и своего друга, – подоспевший Придд словно точку поставил, и Урфрида Ноймаринен канула в ту же дверцу, что и его величество. – Надеюсь, больше нам никто не помешает.
– Наверное… Валентин, мне что-то расхотелось упражняться, может, проедемся?
– Исключено, – Придд погладил присоединившегося к обществу Готти.
