Я рыдала, закрывая лицо руками, и содрогаясь всем телом, слыша встревоженные голоса и холодный яростный голос Лютого:
- Назад!
- О Господи! - теплые ладони тетушки были как само спасение, когда она прикоснулась ко мне, вытирая свои слезы быстро и напористо, и скомандовав растерянному Северу, который, кажется, был готов просто заметаться возле дома, - Быстро в баню! Я приготовила на нее воду!...Север! БАНЯ!...
Я все еще не могла смотреть в глаза кому-либо, слыша взволнованные голоса Беров, которые говорили что-то мягко и поддерживающее, чувствуя, как Север метнулся быстро и отрывисто, как металось его сердце, продолжая колотиться.
Хлопнула дверь, и меня окутала теплая влажность помещения, в котором пахло так по-родному смолой и травами, почувствовав, как напряженные руки осторожно опускают меня в теплую воду, и хриплый дрожащий голос еле выдохнул:
- Мия...
Распахнув глаза, и видя перед собой лицо Севера, я отшатнулась, ударившись спиной о край большой деревянной ванны, наполненной до края, и скрывающей меня от синего взора под водой по самый подбородок, почувствовав, как боль снова отозвалась во всем теле, растекаясь словно лава.
- Не надо!...."
"От крика я охрипла на столько, что мой вопль получился лишь срывающимся истерическим шепотом, от которого Север дернулся, на секунду застыв и потянувшись ко мне, умоляюще изогнув брови и виновато сияя своими невообразимыми синими глазами, но, видя, что он пытается коснуться меня снова, я забилась в воде, пытаясь выбраться и слыша торопливые шаги и голос тетушки:
- Север! Иди к братьям! На сегодня достаточно!
- .
.но я думал...
- Иди! Иди, сынок! Дальше мы разберемся сами!...
Поднимаясь на ноги с колен, Север пошатнулся, побледнев и бросив на нас последний умоляющий взгляд, все-таки ушел, осторожно прикрыв за собой дверь. Его бока были просто располосованы, и представляли собой кровавое месиво...кровь струилась по его бедрам и ногам, но казалось, что он просто не замечал этого. Вряд ли ему было так больно, как мне...и, очутившись в крепких объятьях тетушки, я снова заплакала, утыкаясь в ее плечо, и стуча зубами от сотрясающий дрожи.
- Все хорошо, моя хорошая... - гладила меня по волосам тетушка Зои промокнув до нитки, но не пытаясь отстранится, - Все позади, моя девочка....
Она гладила и укачивала меня до тех пор, пока всхлипы прекратились и слезы высохли, помогая освободится от намокшей одежды, и протягивая стакан с ароматным чаем.
- Выпей это, дочка. Это поможет тебе успокоиться, и уменьшит боль...
