Мне казалось, парни начнут постепенно заново привыкать к свободе и пользоваться возможностями, которые открывало перед ними будущее, однако становилось только хуже, а не лучше. Этой хрени пора положить конец, мне нужно вернуть их жизнь в прежнее русло. Совсем скоро те три года, проведенные за решеткой, останутся лишь в плохих воспоминаниях.
Им предлагали работу, жилье, поддержку семьи, чтобы все вернулось на круги своя, но ни один из них даже обсуждать это не хотел. Не существовало ничего, кроме Рики и сегодняшнего дня.
Они даже не пожелали навестить родных или провести какое-то время в Тандер-Бэй.
Мои друзья… мои братья были мертвы внутри. Чем больше я думал о том, что она с ними – с нами – сделала, тем сильнее мне хотелось разорвать ее на части. Я питал единственную надежду на то, что после осуществления нашего плана они станут прежними.
– Мистер Крист, – поприветствовала меня Стелла, когда я вошел в офис отца на последнем этаже его здания.
Я кивнул и, пройдя мимо, слегка улыбнулся. Она никогда не пыталась остановить меня, даже если отец был на совещании или говорил по телефону.
Мы с братом редко здесь появлялись, но, по правде говоря, я думал, что Стелла просто опасалась нас не меньше, чем боялась отца. Она не вмешивалась в семейные дела.
Даже если отцу не нравились наши визиты.
Моя мать и мы с Тревором довольно рано узнали, что он предпочитал жить в городе, а нас держать подальше, в Тандер-Бэй. Близость семьи к работе доставляла ему неудобства. Он вел две разные жизни, одна из которых не включала нас.
Как я ни обожал мать, я все меньше уважал ее за то, что она сохраняла брак с таким ублюдком.
Хотя их подобные отношения, полагаю, устраивали. Отец давал ей деньги, чтобы она покупала все, что вздумается, имела дом, какой хотела, и гарантировал положение в обществе, которым она наслаждалась. В обмен на это мама оставалась респектабельной супругой и родила ему двух сыновей.
Мои родители были лжецами и трусами. Матери не хватало смелости потребовать такой жизни, которую она заслуживала, а отец никогда никому не откроется.
Ни своей жене, ни сыновьям. У него не было друзей. По крайней мере, настоящих.
В паутине лжи и неиссякаемых секретов Тандер-Бэй, среди фальшивых улыбок и разного дерьма мне показалось, будто я нашел того единственного, непохожего на других. Человека, который видел все, чего хотел я, и жаждал того же вместе со мной.
Мой брат был прав. Я увидел это в глубине глаз Рики раньше, чем обратил внимание на ее лицо или тело.
