Дыхание его стало прерывистым. Должно быть, Майклу нравилось то, что он видел.
– Ты этого хотел? – прошептала я, введя в себя два пальца.
– Да, – сдавленно произнес он.
Я улыбнулась. Неважно, была ли я сексуальной или просто глупым ребенком. Майкл Крист терял самообладание.
– Иногда я занимаюсь другими вещами, – поддразнила его."
"Майкл резко поднял взгляд к моему лицу и прищурился.
– Какими?
– Не могу сказать, – я облизала губы. – Может, я покажу тебе когда-нибудь. А может, сделаю это сегодня, когда разденусь и заберусь в свою кровать одна, – подавшись вперед, я прошептала ему прямо в губы, – обнаженная, горячая, влажная… и одна.
Он глубоко выдохнул.
– Твою мать.
Не успела я опомниться, как Майкл упал на колени, закинул мою ногу себе на плечо и накрыл мою гладкую киску своим ртом, атаковав быстро, напористо, языком и зубами.
Я вскрикнула:
– Майкл!
О боже.
Майкл втянул мой клитор в рот, после чего отпустил его, снова и снова проводя языком по чувствительной коже. Нырнув мне между ног, он пожирал меня так, словно умирал от голода.
Я вцепилась в его волосы, выгнула шею, пока Майкл покусывал, сосал, облизывал, снова и снова, твердо заявляя свое право на меня.
– Проклятье, у тебя славная киска, – прошептал он, не отрываясь от меня, и резко провел языком по клитору. – Ты славная девочка, Рика. Такая мягкая и тугая.
Втянув воздух через зубы, я прижалась к его рту, наблюдая за тем, как Майкл облизывал мои складки и смотрел мне прямо в глаза.
Вдруг он прильнул ближе и ввел свой язык в меня.
Я еще громче зарычала и простонала:
– О, Господи! Майкл, мне нужно больше.
– Хочешь мой член? – спросил он, прикусив кожу и проведя зубами по моему клитору, отчего нарастающее внутри томление лишь усилилось.
Я неистово закивала головой.
– Мой член или чей-то еще?
– Твой! – выкрикнула я.
– Ты имеешь в виду тот единственный, о котором думаешь, когда трахаешь себя пальцами, верно? – настаивал Майкл, погрузив в меня два пальца, и продолжил очерчивать мой клитор языком.
– Да. – Я застонала, ощущая приближение оргазма, зарождавшегося в глубине живота.
– Значит, ты – гребаная лгунья, а? – прорычал он, все настойчивее лаская языком мою плоть, вводя и выводя пальцы.
– Да! – Я крепче сжала в кулаках его волосы.
Мои мышцы затрепетали и ослабли; я дышала все быстрее и быстрее в предвкушении.
Открыв глаза, посмотрела в потолок, пока Майкл поглощал меня, но затем резко повернула голову влево, увидев Кая.
Мои глаза округлились, сердце подскочило в груди.
