Снова посмотрев на нее, я увидела, как она смеялась, окруженная своими подружками, и взбивала свои длинные рыжие волосы.
Они думали, что победили. Они не боялись меня.
Я до боли стиснула зубы. Я пока не понимала, что буду делать, но пошли они к черту!
Потерев костяшками пальцев уголки глаз, я избавилась от остатков слез и проверила, не потекла ли тушь. Потом стянула с себя толстовку и бросила Каю. После чего приподняла край обтягивающей серой майки, выставляя полоску голого живота, и растрепала волосы, постаравшись временно придать им объем и сексуальную небрежность.
– После того, как я уведу его в туалет, – сказала я парням, проверяя, все ли соответствует придуманному образу, – дайте мне минуту и заходите следом.
Я подняла взгляд, чтобы удостовериться, услышали парни меня или нет, и замерла.
– Вы чего? – спросила я тихо.
Четыре пары глаз пристально уставились на мое тело, будто впервые увидели девушку.
Кай пытался отвернуться, однако все равно продолжал поглядывать на меня. Он прищурился и казался рассерженным.
А Дэймон смотрел так, словно я была голая.
Уилл приподнял брови, затем бросил взгляд на Майкла, сложил губы трубочкой и протяжно выдохнул.
Когда я повернулась к Майклу, заметила, как сжались его челюсти и кулаки. Кто знал, что у него на уме, но выглядел он сердито. Как обычно.
Я закатила глаза.
Получить такую реакцию было отчасти приятно. Вообще-то с тех пор, как я присоединилась к Всадникам этим вечером, то ни разу не вспомнила о своем шраме. Я никогда не ощущала себя сексуальной, но что мне особенно понравилось: специальных стараний, чтобы привлечь их внимание, не потребовалось.
Никакой мини-юбки, минимум макияжа, никаких игр. Я всего лишь сняла толстовку и вдруг перестала быть маленькой девочкой.
Разумеется, о данном факте легко было забыть, ведь моя майка с глубоким декольте практически ничего не оставляла воображению. А учитывая температуру воздуха, я даже думать не хотела о том, что парни могли разглядеть под тканью.
Я нарочито широко улыбнулась, настраивая себя, выхватила у Уилла из руки фляжку и, развернувшись кругом, направилась к двери.
– Эй! – послышался его выкрик у меня за спиной.
Однако я вошла в бар раньше, чем он успел снова возмутиться. Дверь закрылась, а парни остались снаружи.
Едва я оказалась внутри, меня окутало тепло, запах древесины и гамбургеров. Несмотря на более высокую температуру воздуха, из-за контраста температур мою чувствительную кожу покалывало.
