Пара минут ходьбы, и вот мы стоим на возвышении и смотрим, как внизу две команды студентов, быстро перемещаясь между остатками зданий, пытаются друг друга достать магией.
— Что скажете, господин Нагибин? –обратился тот ко мне.
— Дилетанты. Но для первого курса, наверное, неплохо?
— Я, собственно, именно этих слов и ждал от вас. А не хотите ли присоединиться к веселью?
— Благодарю, но, пожалуй, откажусь. Орел не ловит мух, господин Лихман. Мне сражаться с этими детьми не по статусу.
— Так вы ведь их ровесник.
— Иногда мне кажется, что я такой же старый, как и этот мир.
— И все же. Если бы представилась такая возможность, то за сколько бы вы с ними справились?
— Со всеми? Секунда, наверное.
— А-а-а-а, я понимаю. Сразу ударить по площади — типичный Нагибинский стиль. А если выбивать по одному?
— Ну-у-у, — прикинул я размер полигона. — Минут за пять, наверное, если не будут сильно прятаться. И все же я не собираюсь им или вам что-то доказывать.
— Я думаю, что смогу вас заинтересовать, господин Нагибин.
— Удивите меня, господин Лихман.
— Легко, — после чего он достал эту прелесть…
Глава 19
Театральным жестом фокусника Рольф Лихман достал из пространственного кольца нечто невесомое, поместившееся в у него в кулаке.
— Как вы думаете, что это? — с показной небрежностью он встряхнул и развернул это что-то, и оно повисло в его руке, приняв вид мужского силуэта.
— Понятия не имею, но чувствую, что хочу это что-то."
"— Все верно. Вас тянет к ней, потому что она настроена на вас.
Позвольте провести небольшую презентацию — перед вами тончайшая, легчайшая и крайне редкая защита, сделанная из нитей Проклятого ткача — паука, что водится, как вы, наверное, догадались, в Проклятых землях. Достать их нить невероятно сложно — они гении маскировки, можно только случайно наткнуться на кокон. А чтобы создать подобное произведение искусства, требуется таких три.
Каждый раз, когда приходит время, одному из наследников Нагибиных — то есть, в среднем раз в восемнадцать-двадцать два года, — сплетается подобная защита, со строгой настройкой и привязкой к конкретному человеку.
После этого никто другой ее надеть просто не сможет — ткань моментально расползется и исчезнет. Она была создана исключительно для вас, и по окончанию академии ее бы торжественно вам вручили. Но вы поспешно уехали, а госпожа Гонтус в ярости приказала уничтожить ее.
За утилизацию, как вы уже поняли, отвечал именно я.
