– Оно и видно, что разберетесь, и что не бросал тоже, находясь в родительской квартире. Родители твои дома?
– На работе.
– Ну вот и отлично, тогда херачить тебя можно без свидетелей. Потом скажу, что так и было.
– Мне начинать бояться? Может, и памперс уже одеть?
– Надеть.
– Чо?
– Твою мать, – сжимаю кулаки и тут же перевожу взгляд на Даню. Чего я, собственно, хочу от девятнадцатилетнего пацана? Надо признать, выглядит он паршиво. Из некогда подкачанного крепыша, превратился в худобздея. – Дань, давай нормально поговорим.
– Ну, давайте.
Вот не мастер я разговоров от слова «совсем», но, с другой стороны, кто, если не я? У Светы свой детский сад, не до этого ей, своих проблем хватает. А меня совесть будет потом жрать, что ничего не сделал.
– Я понимаю, что вам сейчас трудно, но малой скоро подрастет. Сплавите его через пару годиков в садик, чуть полегчает. Да и потом, он скоро станет человеком, в смысле разумным, ты начнешь ловить от отцовства кайф, хотя, конечно, нервы при этом слегка себе все равно подпортите.
– Причем тут малой?
– А ты какого хрена свалил из вашей с Милой квартиры?
– Я устал от мозгоклюйства вашей дочери. Надоело видеть ее в растянутых штанах и дырявой кофте. А чуть что скажи, так сразу обижается. При этом мне говорит, что я превратился в дрыща и клопа. Ноги у меня, понимаешь ли, воняют клопами. Чистые у меня ноги. Чистые! Хотите понюхать?
– Не надо, я тебе верю.
– Ну и где справедливость? Я не виноват, что ее нос воспринимает по-другому запахи после короны.
И сука, ни слова хорошего в мою сторону, ни сраного поцелуя даже в щеку. Какой там на хрен секс. Я забыл, что это такое. Блин, и забыл, что вы ее отец, – трет лицо руками.
– Я из тех уникальных папаш, которые знают, что их дочери занимаются сексом. Ну или занимались, судя по вашей проблеме. Ларчик-то просто открывался, да, Дань?
– Вы о чем?"
"– Чего ты тупишь? Давай так, я задам тебе вопрос и все дальнейшее будет зависеть от твоего ответа. Максимально честного ответа. За ответ, который мне не понравится, бить тебе морду я не буду.
Клянусь твоими ногами.
– Вы, как всегда.
– Я сейчас серьезен, как никогда.
– Ну?
– Милу ты еще любишь или все, сдохла детсадовская любовь и захотелось наконец-то разнообразия, и гульнуть от души? Давай, Дань, только честно.
– Люблю, – фух, отлегло, так отлегло.
– Ну вот, если любишь, тогда не надо убегать к родителям, когда случается в твоей семье жопа. Сломать что-то всегда легко, а вот сохранить – сложно. Перетерпи.
