— Эмм, — все мои жалкие потуги переползти на диван нагло не заметили.
Босс откинулся на спинку и притянул меня к своей груди. Стиснул. Носом зарылся в волосы и зевнул. После, подняв руку, постучал по оконцу вознице.
— Сколько стоим? — его голос резко сделался грубым и холодным.
— Без малого два часа, господин Джакобо, — ответили снаружи.
— А не плохо мы с тобой, Арина, расслабились, — просиял он. — Непременно надо повторить.
Мне становилось неуютно. Я отчетливо пятой точкой чувствовала, что начальство не только проснулось, но и возбудилось.
Нет ну приятно, конечно, что у него в штанах все на меня растет и увеличивается, но как-то это... Не настраивает на деловой рабочий лад. А тем более на скорбный. Все же на кладбище приехали, а у него такое безобразие колом в брюках. Неудобно как-то перед мертвыми.
— Может, отпустите? Я на ваших руках как бы, господин Инчиро, — жирно намекнула на неформальные отношения.
Ну про «руки» слегка сгладила, сидела я точно не на них, а на кое-чем куда менее приличном.
— Не-а, — демон расправил плечи, — меня все устраивает, девочка.
— И не называйте меня так, — возмутилась такому обращению. — Я вам не девочка. И не деточка, и не куколка, и как вы там ещё своих особ называете. Я, господин Джакобо, ваш личный секретарь, и только.
— Угу, — промычал он, — никогда я ещё не называл женщину девочкой. И уж тем более никогда не скажу так той, что свое тело мне за монеты продает. А ты, Арина, именно что девочка. Стройная, легкая, глаза невинные.
Другая бы уже в мои штаны обеими руками забралась, а ты нервничаешь, елозишь, мило краснеешь. Ну как тебя ещё называть после этого?
— Никак, — фыркнула, ощущая, как действительно пылают щёки, — уж лучше молчите. А ещё лучше — пойдемте отнесем этот чудесный букет, — я указала на веник, — на могилу вашей матушки. Она его определенно заслужила.
«Хотя я бы и вовсе у дворника метлу отобрала и её в землю вместо цветов воткнула» — ехидно добавила про себя.
Это ведь из-за нее я вляпалась в такую срамную передрягу.
Мало того что на мужике дрыхла без задних ног, так ещё его же облапала, а теперь на его же стояке восседаю как на горном пике.
Стыдоба!"
"Глава 57
— Господин Инчиро, может, все же пойдем, а то как-то... — я окончательно растерялась.
Подомной нечто пикантное дрогнуло и, кажется, ещё немного подросло.
У меня не то, что шея, грудь пылала. Лицо так и вовсе горело от стыда. А этому ну хоть дыхни.
— Господин Инчиро...
