Скорее пустота. Случилось то, чего Даша давно уже ждала. Рано или поздно Сажину должна была надоесть холодность жены, ее любовь к другому мужчине, ее странные поступки. Они и надоели.
Даша вздрогнула. Звонил ее телефон. «Дан», — с удивлением прочитала она на дисплее. И заволновалась. Когда Голицын ей звонил в последний раз? С днем рождения поздравлял? Официальный звонок, давний друг, босс ее мужа.
— Даша?
— Да, это я.
— Извини, что беспокою тебя. Вдруг понял, что мне не с кем об этом поговорить.
— О чем?
— Я узнал, что жена мне изменяет.
— Как-как?
Она удивилась такому совпадению. Надо же! Какие две разные семейные жизни, а к финишу пришли одновременно!
— Мы могли бы поговорить? Или ты занята?
— Нет. Уже нет.
— Где ты? — Она назвала адрес кафе, из которого только что вышла.
— Надо же! А я буквально в двух шагах! — обрадовался Дан. — Если ты подождешь минут пять, я тебя подхвачу и мы где-нибудь посидим.
Пять минут?! Она ждала его уже вечность. И еще вечность готова была ждать. Пять минут!
— Я стою у метро.
— Лечу!
Даша с удивлением смотрела на молчащий телефон в руке. Дан летит к ней?! Не прошло и двадцати лет. Жена ему изменяет.
«Ну а я-то здесь при чем?» — запоздало подумала она.
Это выяснилось довольно быстро.
— Сегодня я случайно нашел в бумагах завещание Анжелики, — сказал Дан, сделав заказ. Хоть Даша и отказывалась, говоря, что сыта, Голицын все равно назаказывал кучу разной снеди. — Нотариально заверенную копию. Подлинник, как я понимаю, у твоего мужа.
— Почему?
— Потому что Анжелика все свои акции завещала ему!
— Я не поняла… — Даша тронула пальцами виски. Голова невыносимо болела. На столе выстроились нетронутые тарелки с едой.
— Чего тут не понять? — горько улыбнулся Дан. — Моя жена и твой муж. Надо думать, они любовники. Иначе с какой стати ей завещать ему мои акции? Я ведь года три назад все перевел на Анжелику. Из-за проблем с налоговой, — пояснил он.
— Как, и она?
— Теперь я не понял?
— И она тоже любовница Сажина? Анжелика? Только что девушка по имени Вика, тренер по бальным танцам, с упоением рассказывала мне, насколько мой муж хорош в постели.
Теперь я начинаю в это верить.
— Даша, прости. Тебе сейчас, должно быть, очень больно. Так же, как и мне. Я ведь не знал.
— Да, как много мы, оказывается, не знали…
— Ты как? В порядке? — Дан заглянул ей в глаза. Она почувствовала легкое головокружение. Кивнула:
— Да, все нормально.
— Тогда я, пожалуй, скажу… — Он заколебался.
