Мы лежали, растянувшись на земле. Разговаривая со мной, он горстками рвал траву.
— Интересно, понравится ли вам Керкленд Ревелз? — спросил он.
— Я уверена, что должен понравиться. Ведь поместье старинное, да? Я всегда испытывала искреннюю симпатию к старинным зданиям.
Он кивнул, и опять в его глазах возник этот «далекий» взгляд.
— Ревелз, — повторила я. — Мне нравится это название. Кажется, люди, которые его придумали, надеялись пожить гам вволю и весело.
Он грустно усмехнулся. Прошло какое-то время, прежде чем он заговорил опять, будто декламируя текст, выученный наизусть.
— Поместье было построено в середине шестнадцатого столетия. После закрытия Керклендского Монастыря его передали моим предкам. Они использовали камни от монастыря для постройки дома. А так как в доме намеревались жить весело — у меня, кажется, были отчаянно веселые предки — то и назвали его Керкленд Ревелз по контрасту с Керклендским монастырем…
— Значит, камни, из которых построен ваш дом, когда-то были в монастырских стенах?
— Тонны камней, — пробормотал он.
— Часть монастыря сохранилась до сих пор. Когда я стою у себя на балконе, я как раз напротив вижу эти серые старинные своды. При определенном освещении можно представить себе, что это не просто развалины… да и трудно назвать это развалинами. Кажется, вот-вот увидишь, как среди камней молчаливо бродят монахи в своих одеяниях.
— Наверно, это так красиво!.. Вы любите это место, правда?
— Каждый, кто бывает у нас, проникается его очарованием. Я думаю, все древнее производит такое же впечатление.
Представляете, самому дому всего триста лет, а камни, из которых он построен, были уже в двенадцатом веке?.. Конечно, это производит впечатление. Вы тоже, когда…
Он замолчал, и я увидела, как его губы тронула мягкая улыбка.
Я человек прямой и не люблю недомолвок, поэтому я спросила:
— Вы предлагаете мне приехать и посмотреть на него?
Тут уж он открыто улыбнулся.
— Я же был гостем в вашем доме. Теперь я хочу пригласить вас.
Потом он выпалил:
— Я вскоре должен буду уехать домой, мисс Кордер.
— А вам этого не хочется, мистер Рокуэлл?..
— Я надеюсь, мы стали большими друзьями, — заметил он. — По крайней мере, мне так кажется.
— Мы знакомы всего три недели, — напомнила я.
— Но обстоятельства были необычными. Пожалуйста, называйте меня просто Габриелом.
Я заколебалась, потом рассмеялась.
— Что в имени тебе моем?.. — процитировала я. — Наша дружба не изменится от того, как я вас называю: по имени или по фамилии.
